Борис Инфантьев

Борис Инфантьев

Борис Федорович  Инфантьев (14.09.1921, Резекне - 18.03.2009, Рига ) - профессор, фольклорист, литературовед, языковед, культуролог и краевед. Хабилитированный доктор педагогики, кандидат филологических наук. Автор около 500 научных работ.

Значимый вклад в становление и исследование русско-латышских культурных и научных связей внесла плеяда выдающихся деятелей культуры и науки Латвии (Райнис, Р.Пелше, П.Страдинь, Я.Страдинь, М.Семёнова, В.Вавере, Ю.Абызов и др.). Среди них достойное место занимает Борис Фёдорович Инфантьев (Boriss Infantjevs) – фольклорист, литературовед, языковед, педагог, культуролог, историк, краевед, общественный деятель. Профессор с энциклопедическими знаниями и удивительной работоспособностью, хабилитированный доктор педагогики, кандидат филологических наук, кавалер ордена Трёх Звезд. Его имя заслуженно отмечено в истории латвийской фольклористики,[1] истории латвийской литературы,[2] истории латвийской педагогики,[3] истории латвийской культуры,[4] а так же в списке выдающихся представителей русского населения Латвии.[5] Личность, которая символизирует целую эпоху в научной, общественной, духовной и культурной жизни нашей страны, патриарх и авторитет латвийской интеллигенции и русской общины Латвии.

Борис Инфантьев родился 14 сентября 1921 года в городе Резекне. Его отец Фёдор Дмитриевич – офицер Российской, а затем Латвийской армии – после демобилизации работал землемером; мать Зинаида Ивановна, после рождения единственного сына всё своё время посвятившая его воспитанию, была фельдшером.

Из-за специфики работы отца, семейство Инфантьевых ежегодно с марта до ноября “путешествовало” по Латгальским деревням, затем Курземским усадьбам и хуторам. Будучи с детства любознательным, юный Борис всюду находил друзей как среди сверстников, так и пожилых людей. В результате этих взаимных контактов сформировалось главное “хобби” Бориса Инфантьева, которое впоследствии стало основой его профессиональных и научных интерeсов, – фольклор в разных своих жанрах и формах проявления.

Чтобы дать сыну хорошее образование, а также интегрироваться в местное общество того времени, родители решили отдать своего сына в привилегированный немецкий детский сад при школе Лютера. Учёный до сих пор помнит толерантное и доброжелательное отношение воспитателей и детей, что позволило ему без знаний немецкого языка успешно “войти” в немецкую среду. Школьное обучение  продолжалось в русской основной школе при частной гимназии Ольги Эдуардовны Беатер, во второй класс которой после соответствующего экзамена Борис был принят.

В 1935 году Борис Инфантьев окончил полный курс основной шестиклассной школы. Примечательно, что в свидетельстве об окончании школы по всем предметам стоит высшая тогда оценка – “5”, за исключением латышского и русского языков и рукоделия –“4”.[6] И всё же латышский и русский языки стали одним из главных объектов научных интересов профессора!

Чтобы облегчить поступление сына в Латвийский Университет, родители для продолжения обучения избрали латышскую среднюю школу. Так Борис оказался в учебном заведении с классической учебной программой – I Рижской государственной средней школе (гимназии). Гимназист Борис Инфантьев стал активным участником популярной тогда в Латвии организации мазпулков (что, разумеется, ему “припомнили” в годы Сталинского режима), организовал литературный кружок, за что неоднократно награждался, например, 29 января 1939 года на праздник знамени и торжественного обещания.[7]

Следует отметить, что приобретённое в гимназии классическое образование стало основой дальнейшей учёбы и способствовало формированию личности и мировоззрения Бориса Инфантьева. В начале 21 века в Латвии было трудно встретить человека, который  изучал и исследовал 22  языка (!),[8] причём некоторые из этих языков профессор преподавал в высших учебных заведениях Латвии. Именно в силу данных обстоятельств его исследованиям был присущ “широкий культурно-исторический взгляд на явления и личности”.[9]

Весной 1940 года Борис Инфантьев окончил гимназию и на основе выпускных экзаменов был зачислен на Классическое отделение Филологического факультета Латвийского Университета (ЛУ). Как вспоминает учёный, в его планы входило получение квалификации слависта, но  в ЛУ в те годы такой возможности не было. Поэтому он желал завершить обучение на любом отделении Филологического факультета, а затем поехать в Чехословакию специализироваться в области славистики.

Однако события 1940 года резко изменили планы начинающего студента. В это время была начата реорганизация ЛУ в соответствии со стандартами и учебными планами советских высших учебных заведений. Поэтому возникла необходимость создания отделения славистики, которое незамедлительно начало свою работу. Среди первых студентов созданного отделения был и Борис Инфантьев. Как выпускник классической гимназии он сразу же смог сдать экзамен по труднейшему на I курсе предмету – греческому языку, и в силу этого стал победителем в социалистическом соревновании, завоевал авторитет среди товарищей по курсу, которые приняли его в студенческий профсоюз.[10]

События лета 1941 года в очередной раз изменили намерения студента Б.Инфантьева. В период Немецкой оккупации учебные планы университета были изменены в соответствии с немецкими учебными стандартами. Отделение славистики было ликвидировано, поэтому Борис Инфантьев, убеждённый лектором русского языка Людмилой Круглевской, что “к славистике ближе всего балтистика, а в условиях Латвии каждый славист должен обладать познаниями в области балтистийской филологии”, соответственно перешёл на отделение балтийской филологии.[11]

Именно изучая балтистику, Борис Инфантьев нашёл одну из главных тем последующих занятий и научных интересов – проблемы связей латышского и русского фольклора. По инициативе Карла Дравиня,[12] ассистента профессора Лудиса Берзиня, на семинаре по латышским народным песням Б.Инфантьев подготовил и прочёл полуторачасовой доклад о свадебных обрядах и песнях латышей, белоруссов и русских в Латгалии, а в последствии защитил по этой теме дипломную работу.[13] Следует отметить, что Борис Инфантьев за свои заслуги в области исследования фольклористики в 2001 году получил Большой Приз в области фольклора.[14]

В 1942 – 1943 учебном году немецкие власти разрешили изучать славистику как дополнительный к балтистике раздел филологии. Поэтому под руководством профессоров Анны Абеле и Виктора Чернобаева, лектора Людмилы Круглевской Борис Инфантьев смог изучать славянские языки и литературы.

После восстановления Советского режима в 1944 году Б. Инфантьев вновь стал студентом отделения славистики. Освоив более 60 академических курсов, 3 июля 1946 года он с отличием завершил образование по славяно-русской филологии, получив квалификацию литературоведа.[15] Отметим, что это был первый выпуск отделения, которое окончило 2 человека: Борис Фёдорович Инфантьев и Мария Фоминична Семёнова (1910 – 1988) – в последствии доцент ЛГУ, исследователь латышско-русских языковых связей.[16]

За обучением в университете последовала аспирантура. Успешно сдав кандидатские экзамены, Б. Инфантьев приступил к работе над диссертацией “Связи латышских фольклористов с русской наукой”. Первым руководителем диссертации стал профессор Болеслав Ричардович Брежго, которого сменил “начальник” диссертанта поэт Андрей Курций (Куршинский), заведующий сектором латышско-русских фольклорных связей Института фольклора Академии наук, младшим научным сотрудником которого Б. Инфантьев стал 1 июля 1946 года. Работа в институте способствовала написанию диссертации, обеспечивая исследователю возможности сбора материалов в архивах и библиотеках Москвы, Ленинграда, Вильнюса, публикаций научных статей и исследований, участия в фольклорных экспедициях.

 В 1951 году диссертация была завершена, опубликован автореферат[17] и объявлено о предстоящей защите... Однако судьба в лице “компетентных” органов изменила планы и род занятий Бориса Инфантьева. Как вспоминает учёный, “находясь в фольклорной экспедиции в Акнисте”, он получил адресованную “Инфанцебулу” (т.е. ему) телеграмму с предложением срочно вернуться в Ригу. Аспирант филологии попал в поле зрения нового проректора по научной работе ЛГУ Алфреда Сталгевича, который был прислан в Латвию с целью обеспечить преданность научных кадров Советскому режиму. Б. Инфантьев был обвинён в отсутствии желания вступить в комсомол или коммунистическую партию, ему “припомнили”  учёбу в “фашистском учебном заведении” и т.д.[18]

Несмотря на то, что день защиты диссертации уже был назначен, и были получены положительные отзывы, не было сомнений, что присвоить учёную степень такому человеку не возможно. По предложению заместителя директора Института фольклора писателя и фольклориста Яниса Ниедре защита диссертации была отложена, т.к. “оказалось, что Борис Инфантьев – буржуазный националист и антисоветский элемент”.[19] Такой формулировки было вполне достаточно, чтобы разоблачённый учёный был изгнан из Института фольклора и ЛГУ, где он читал лекции по фольклору и древнерусской литературе. Б. Инфантьев был также лишен возможности публиковать результаты своих исследований. Дошло до абсурда. Так, научная статья Бориса Инфантьева “Достижения фольклористов Советской Латвии за 10 лет” была включена в список обязательной литературы по фольклористике, без упоминания имени автора (!).[20]

Разумеется, такой “чуждый Советской власти человек” не мог найти работу в научном или учебном заведении. Только благодаря стараниям известного переводчика античной литературы Абрама Фельдхуна, Б. Инфантьев как внештатный сотрудник смог участвовать в составлении русско-латышского словаря (1952 – 1954). Эта деятельность не только обеспечила возможность материального и морального выживания, но и стала основой интересов учёного в сфере сравнительного языкознания.[21]

С изменением политической ситуации после 1953 года и трёхлетнего перерыва Б. Инфантьеву удалось возобновить свою педагогическую карьеру. 27 января 1954 года он был принят на работу учителем русского языка и литературы в Булдурскую семилетнюю школу, а через полгода “обретя доверие работников Юрмальского партийного комитета” был назначен школьным инспектором Юрмальского района.[22] В это время Б. Инфантьев стал вникать в проблемы методики преподавания русского языка и литературы в латышской школе, убедившись в её полной несостоятельности, пытался внести изменения, регулярно публикуя на страницах газеты “Сколотаю Авизе” статьи о недостатках учебого процесса.

Активность школьного инспектора, его опыт исследовательской работы, умение высказывать и обосновывать свои идеи были должным образом оценены педагогическими институциями, и 11 сентября 1955 года он был принят младшим научным сотрудником в Научно-исследовательский институт школ Министерства просвещения Латвийской ССР.[23] В 1956 году Борису Инфантьеву удалось защитить завершенную 5 лет назад диссертацию и получить степень кандидата филологических наук, что послужило основой для избрания учёного старшим научным сотрудником института.[24]

В области педагогических исследований Борис Инфантьев вместе со своей коллегой Эдитой Бейкмане провели радикальную реорганизацию преподавания русского языка и литературы в латышских школах, научно и практически обосновали теорию: успех преподавания упомянутых предметов в латышской школе требует создания особой методики, отличающейся как от методики преподавания родного, так и иностранного языка. Поэтому было необходимо разработать серию экспериментальных учебных программ и пособий, которые были составлены, учитывая общность и различая латышских и русских языковых элементов и структур. Новая методика базировалась на общепризнанной близости обеих языков (1600 исторически общих лексических корней, сходная система склонений, префиксации и суффиксации, единство синтаксиса), что в сочетании с созданием билингвальной (двуязычной) среды, обеспечивало возможность освоения русского языка в латышских школах. Из учебных программ и пособий была исключена та теория, которая изучалась учениками в курсе родного языка, одновременно разрабатывались основы индивидуализации в обучении, большее внимание уделялось самостоятельной работе ученика и т.д. Новая система обучения русскому языку и литературе оказалась весьма результативной. Недаром профессора называют “катализатором двуязычая” и “главным русификатором”.[25]

Разработанная Борисом Инфантьевым и его коллегами Эдитой Бейкмане и Еленой Францмане теория получила всесоюзное признание в начале 60-х годов 20 века, после написания по заказу московского издательства “Просвещение” учебника “Русское слово”, который был предназначен для национальных школ Российской Федерации.[26]



[1] Ambainis O. Latviešu folkloristikas vēsture. – Rīga: Zinātne, 1989. – 117.lpp.

[2] Vite A. Infantjevs Boriss // Latviešu rakstniecība biogrāfijās. – Rīga: Latvijas Enciklopēdija, 1992. – 132. – 133.lpp.; Vite A. Infantjevs Boriss // Latviešu rakstniecība biogrāfijās. – Rīga: Zinātne, 2003. – 245.lpp.

[3]Anspaks J. Pedagoģijas idejas Latvijā. – Rīga: RaKa, 2003. – 396.lpp.; Kopeloviča A., Žukovs L. Skolotāju izglītība Latvijā 1940 – 2000. – Rīga: RaKa, 2004. – 158., 196. – 197., 205.lpp.; Pedagoģiskā doma Latvijā no 1940. gada līdz mūsu dienām. – Rīga: Puse, 1998. – 134. – 136.lpp.; Žukovs L. Pedagoģijas vēsture. – Rīga: RaKa, 1999. – 290.lpp.

[4] Priedītis A. Latvijas kultūras vēsture. No vissenākajiem laikiem līdz mūsdienām. – Daugavpils: AKA, 2000. – 258., 330.lpp.

[5] Volkovs V. Krievi Latvijā. – Rīga: LZA Filozofijas un socioloģijas institūts, 1996. – 89.lpp.

[6] Borisa Infantjeva Liecība par pamatskolas pilna kursa beigšanu. – из личного архива Б. Инфантьева.

[7] T. J. Skolu dzīve // Skolu dzīve. – 1938./9. m.g. – Nr.6. – 20.lpp.; Инфантьев Б. Между жерновами. Опыт выживания. Зап. Н. Кабанов // Вести – Сегодня. – 2000. – 25 марта.

[8] Lipša J. Nenogurdināmais zinātnieks // Vakara Ziņas. – 2000. – 1.jūlijs.

[9] Vite A. Infantjevs Boriss // Latviešu rakstniecība biogrāfijās. – Rīga: Zinātne, 2003. – 245.lpp.

[10] Infantjevs B. Laikmeta vējos, likteņa aizvējā // Rīga – 800. Gadagrāmata. – 2000. – Rīga: Latvijas Kultūras fonds, 2001. – 105.lpp.

[11] Там же. – 108.lpp.

[12] Подробнее о К. Дравине – Infantjevs B. Divas tikšanās ar Kārli Draviņu // Letonica. – 2002. – Nr.8. – 183. – 189.lpp.; Инфантьев Б. Образ русских в сознании стендских латышей // Даугава. – 2001. – Nr.1/2. – с.142 – 146.

[13] Инфантьев Б. Curriculum vitae [в Латвийском Университете в 1940 – 1943 гг.] // Даугава. – 2000. – Nr.3. – c.113.

[14] Pasniegtas Lielās folkloras balvas // Diena. – 2001. – 1.novembris.

[15] B. Infantjeva diploms. – из личного архива Б. Инфантьева.

[16] Подробнее о М. Семёновой – Инфантьев Б. Мария Фоминична Семёнова // Рижская городская русская гимназия. – Рига: [b. i.], 1999. – с.159 – 162.

[17] Инфантьев Б. Связи латышских и русских фольклористов в период латышского буржуазно – национального движения. Автореферат кандидатской диссертации. – Рига: Латвийский Государственный Университет, 1951. – 15с.

[18] Infantjevs B. Laikmeta vējos, likteņa aizvējā // Rīga – 800. Gadagrāmata. – 2000. – Rīga: Latvijas Kultūras fonds, 2001. – 110. – 111.lpp.; Lipša J. Kā viņš vāca Latvijas padomju folkloru // Vakara Ziņas. – 2001. – 1.februāris.

[19] Infantjevs B. Laikmeta vējos, likteņa aizvējā // Rīga – 800. Gadagrāmata. – 2000. – Rīga: Latvijas Kultūras fonds, 2001. – 111.lpp.; Инфантьев Б. Curriculum vitae. – рукопись. – c.38 – 40.

[20] Инфантьев Б. Curriculum vitae. – рукопись. – c.38 – 40.

[21] Борис Инфантьев подготовил рукопись русско-латышского сравнительно-этимологического словаря, которая ждёт своего издателя.  

[22] Как вспоминает Б Инфантьев, перед утверждением инспектором, у него спросили: “Не состояли ли вы в организации малпузков (имелись в виду мазпулки)?” Он ответил, что в такой организации он не состоял, после чего ответственные работники улыбнулись и утвердили его в новой должности. – Инфантьев Б. Между жерновами. Опыт выживания. Зап. Н. Кабанов // Вести – Сегодня. – 2000. – 25 марта.

[23] Научно-исследовательский институт школ (с 1972 года Научно-исследовательский институт педагогики) был создан в 1952 году для исследования актуальных проблем педагогики и методики, внедрения педагогических достижений в практику, координации педагогических идей и пропаганды педагогических знаний. Ликвидирован в 1991 году.

[24] Инфантьев Б. Связи латышских и русских фольклористов. Автореферат кандидатской диссертации. – Рига: Институт языка и литературы Академии наук Латвийской ССР, 1956. – 19с.; Трудовая книжка Б. Инфантьева. – с.6 – 7.

[25] Инфантьев Б. Катализатор двуязычия. Зап. С. Журавлёв // Диена. – 1997. – 8 мая; Главный обруситель. Беседа с языковедом Борисом Инфантьевым. Зап. Дм. Март // СМ – Сегодня. – 1994. – 27 января.

[26] Бейкмане Э., Инфантьев Б., Францмане Е. Русское слово. Учебник русского языка для старших классов национальных школ РСФСР. – Москва: Просвещение,1965 – 1968. – 366c.

Иван Янис Михайлов

Статья опубликована в кн.: Борис Инфантьев. Балто-славянские культурные связи. Лексика, мифология, фольклор. – Рига: Веди, 2007.

Статьи Б.Ф. Инфантьева на сайте:

1997

Борис Инфантьев. Образ русского в латышском фольклоре

Борис Инфантьев. Русский язык и литература в латышских школах 20-30-х годов

Борис Инфантьев. Русский язык и лтература в латышской школе 1920-1930-х годов

1998

Борис Инфантьев. Странички из воспоминаний об Иване Никифоровиче Заволоко

1999

Борис Инфантьев. Мария Фоминична Семенова (1910-1988)

2000

Борис Инфантьев. Curriculum Vitae

2001

Борис Инфантьев. У колыбели?...В сени?...На обочине?...Легиона

2002

Борис Инфантьев. Образ Латвии 20-30-х годов в творчестве русских зарубежных писателей

Борис Инфантьев. Русские писатели о рижских и латгальских староверах

Борис Инфантьев. Латвийские староверы в творчестве латышских прозаиков

Библиография латвийского староверия. Сост. Б.Инфантьев

Борис Инфантьев. Переводчики, иллюстраторы и издатели Пушкина - латышские легионеры

2003

Борис Инфантьев. Новое учебное пособие

2004

Борис Инфантьев. Грамоты полоцких Владык как источник сведений о православных священниках в Риге на протяжении XV и первой трети XVI веков

Борис Инфантьев. Как мы собирали и исследовали латышский советский фольклор

2006

Борис Инфаетьев. На пути к энциклопедии Латвийского Православия

2007

Борис Инфантьев. Юрий Иванович Абызов - фольклорист

Борис Инфантьев. Балто-славянские культурные связи

2011

Борис Инфантьев. Русский язык в Ливонии XII-XVII веков

О нем:

о. Александр Алексеев. Невосполнимая утрата

Tīna Kempele. Mans vectēvs

Tīna Kempele.  Saules nogurdinātie

Tīna Kempele. «Mana Mazā» mamma

Иван Янис Михайлов. Борис Федорович Инфантьев. Краткая биография.

Иван Янис Михайлов. Публикации Бориса Инфантьева.

Оксана Дементьева. Борис Инфантьев: ученый от бога

Памяти Бориса Фёдоровича Инфантьева (14 сентября 1921 - 18 марта 2009)

Dita Degtere. Cilvēks, kurš ceļoja komā

Ineta Lipša. Nenogurdināmais zinātnieks

Альбом из архива Бориса Фёдоровича Инфантьева

Иллюстрации к теме