Русские в довоенной Латвии

Татьяна Фейгмане

Глава II. Старообрядческие общества

Наряду с сословными и социальными перегородками в довоенном русском обществе было ощутимо и конфессиональное деление на православных и старообрядцев. Старообрядцы, как правило, придерживались замкнутого образа жизни, что было следствием долгого гонения на них. Только  с 1906 г. старообрядцы в России были уравнены в правах с гражданами других конфессий. Но именно в их среде (ввиду испытываемых притеснений) появились первые признаки самоорганизации среди русских обитателей  Прибалтийского края. Старейшим русским обществом в Латвии была Гребенщиковская старообрядческая богадельня, основанная еще в 1813 г. богатым рижским купцом А.П.Гребенщиковым и просуществовавшая вплоть до 1940 года (129).

К числу старейших обществ принадлежало и Гребенщиковское училище в Риге, основанное в 1864 г. В 30-е годы оно оказывало материальную поддержку учащимся-старообрядцам, снабжало их книгами, учебными пособиями и одеждой. Указанное общество содержало воскресную школу (130). В свою очередь, при  Гребенщиковском училище в 1927 г. Иваном Никифоровичем Заволоко (131) был основан Кружок ревнителей русской старины.  Участники этого Кружка не только знакомились с выдающимися  творениями  русской культуры, но и сами занимались сбором памятников русской старины. Под руковдством И.Н.Заволоко они разыскивали и собирали предметы старинного крестьянского быта, народного искусства; записывали народные сказки, поверья, пословицы, песни; собрали коллекцию старинных книг. И.А.Назаров  обучал членов Кружка ревнителей русской старины   староцерковному  пению XIV-XV веков. Под руководством К.А.Павлова работала иконописная мастерская. Свыше 200 детей посещали  воскресную школу, опекаемую Кружком. В этой школе мальчиков обучали переплетному делу, а девочек - рукоделию; бесплатно давались уроки латышского языка.  Кружок ревнителей русской старины имел свои отделы в Резекне, Даугавпилсе и Елгаве, а также в Эстонии - в Таллине и Тарту. Члены Кружка поддерживали активные связи  с зарубежными собратьями (132).

При Кружке  был  смешанный хор, имелась библиотека (около 800 томов), музей предметов народного искусства. Ежегодно Кружком  организовывалась выставка Русское народное искусство.  В 1930 г.  состоялся семинар Выдающиеся русские женщины, на котором   были заслушаны доклады: Первая христианка, Княгиня Ольга, Ефросиния Полоцкая, Марфа Посадница, Феврония Муромская, Царевна София и др. (133). В том же году члены Кружка  получили разрешение Эстонского археологического общества  на проведение раскопок в Ряпиной Мызе (134).

Кружок занимался  активной и плодотворной издательской деятельностью. С 1927 по 1933 г. им издавался журнал Родная старина, в котором печатались статьи по истории старообрядчества, по вопросам русской культуры, которые и по сей день не потеряли своей актуальности. Большинство из них принадлежало перу И.Н.Заволоко (135).

Многоплановая деятельность Кружка ревнителей русской старины была  одним из примечательнейших явлений  русской общественной жизни не только довоенной Латвии, но и русского зарубежья в целом.

Довольно заметным и претенцизиозным было Старообрядческое общество в Латвии, основанное в 1908 г. Первым председателем общества был Ф.С.Павлов. Этот пост он занимал вплоть до своей кончины в 1933 г. Личностные особенности этого человека наложили отпечаток на работу общества, целью которого было объединение старообрядцев на основе взаимопомощи, благотворительности и религиозной нравственности. Членами общества могли стать и лица других христианских конфессий (136). Одним из аспектов деятельности была выдача пособий по случаю смерти членов общества, а также членов их семей (137). Поэтому  Старообряд ческое общество  в народе  нередко называли "похоронным".  Между тем, оно занималось и культурно-просветительной работой - при нем была библиотека, насчитывавшая свыше 4 тыс.томов. С докладами перед членами общества выступали известные деятели науки и культуры: профессор В.И.Синайский, Д.П.Тихомиров, Н.Д.Дмитриев, Е.М.Тихоницкий, П.Н.Якоби, доктор А.Курочкин, И.Н.Заволоко и др. (138). Общество не чуралось и организации увесилительных мероприятий. Пополнение кассы осуществлялось не только за счет  членских взносов, но и путем организации вечеров и лотерей. В 1927 г. Старообрядческое общество активно отстаивало необходимость существования Народного театра параллельно с Театром Русской Драмы, мотивируя это тем, что названный театр более соответствует запросам русской публики (139). Однако два года спустя Старообрядческое общество вынуждено было признать, что Народный театр не оправдал надежд, а предоставление ему части правительственной субсидии, выделяемой на нужды русского театра, лишь подрывало существование Русской Драмы (140).

Пик активности Старообрядческого общества  пришелся на 20-е годы. После провала на выборах в  I Сейм Ф.С.Павлов пытался реализовать свои амбиции через это общество. До конца своих дней он не мог простить М.А.Каллистратову свое поражение. В преддверии выборов в Сейм в 1925 г. он даже обратился со специальным обращением "Старообрядцы  в Латгалии", в котором призывал голосовать против М.А.Каллистратова, обвиняя его в пренебрежительном отношении к вере предков (141). Однако эти действия, как ,впрочем, и другие попытки Ф.С.Павлова повлиять на политические и общественные процессы в русской среде, успехом не увенчались.

Среди старообрядческих обществ следует отметить еще Гребенщиковское общество для воспитания бедных детей, основанное в 1899 г. Оказание материальной и духовной помощи детям из старообрядческих семей составляло главное содержание его деятельности.  После первой мировой войны общество оказалось в довольно-таки  плачевном положении. Однако на помощь ему пришел В.Г.Кудрячев, который в 1926 г. подарил обществу недвижимость  на ул.Маскавас, 91, где в 1929 г. был открыт детский сад (142). В 1939 г. в нем насчитывалось 40 детей.

С 1932 г. под руководством законоучителя П.Ф.Фадеева существовало Певческое старообрядческое общество. В Даугавпилсе при Старообрядческом братстве работал Кружок ревнителей русской старины. В Резекне - богадельня Ивана Синицына. И это далеко не полный перечень старообрядческих обществ.

Между тем, сами старообрядцы полагали, что на момент создания Латвийского государства они представляли из себя совершенно неорганизованную часть населения (143). Новые условия существования требовали и новых форм самоорганизации, при помощи которых старообрядческое население Латвии могло бы отстаивать свои интересы в структурах власти. Уже в 1920 г. по инициативе Совета Резекненской кладбищенской общины было постановлено собрать совещание представителей всех старообрядческих общин Поморского и Федосеевского согласия, оказавшихся на территории нового государства. Однако на съезд прибыло небольшое число участников, и поэтому было принято решение собрать его вторично 4 ноября 1920 г., там же, в Резекне. Теперь на него прибыли представители уже 65 общин. На съезде был создан совершенно новый представительный орган - Центральный комитет по делам старообрядцев Латвии. Первым его председателем стал Ф.С.Павлов, бывший в то время членом Учредительного собрания. ЦК по делам старообрядцев был создан с целью объединения старообрядческой общественности путем делегирования в него представителей от общин. В задачи ЦК по делам старообрядцев входило упорядочение деятельности общин, распределение между ними государственных субсидий, защита прав старообрядцев в вопросах государственной и общественной жизни.

Год спустя, 10 декабря 1921 г., в Резекне в храме Преображенской общины, был созван II Вселатвийский старообрядческий съезд. Съезд постановил просить пособие у Министерства внутренних дел в размере 300 тыс. латв. рублей, а также обложить общины ежегодным взносом от 500 до 1000 латв. рублей на содержание ЦК. В следующем году по инициативе ЦК был созван  съезд наставников и начетников (21 марта 1922 г.), на котором была создана Духовная комиссия и выработан план ее деятельности по углублению религиозных чувств в старообрядчестве и урегулированию религиозных вопросов. Осенью 1922 г. ЦК по делам старообрядцев выставил на выборах в Сейм свой список и провел в его состав М.А.Каллистратова. В конце этого же года состоялся  III  Вселатвийский старообрядческий съезд. На нем было доложено, что правительством  отпущено на содержание ЦК и издание Старообрядческого календаря - 200 тыс.латв.рублей.  Съездом были приняты постановления, упорядочивавшие ведение делопроизводства и финансовую отчетность общин. Съезд завершился отстранением Ф.С.Павлова от руководства ЦК. Его место занял С.Р.Кириллов. В этой должности ему удалось продержаться до  начала 1926 г. ( т.е., до VI  съезда), на котором руководство ЦК перешло в руки И.Е.Колосова, что означало укрепление позиций М.А.Каллистратова и его сторонников, в преддверии выборов во II Сейм. На VIII Вселатвийском старообрядческом съезде (29-30 января 1928 г.) развернулись острые дискуссии вокруг проекта устава старообрядческой церкви в Латвии, в ходе которых не удалось прийти к компромиссу. Драматический оборот принял  IX  съезд, завершивщийся давно назревавшим расколом в старообрядческих  рядах. Съезд покинула группировка С.Р.Кириллова, при активном участии которого 9 мая 1929 г. в Даугавпилсе был учрежден Совет старообрядческих соборов и съездов в Латвии. Он же и возглавил новый старообрядческий орган. Часть старообрядческих общин (включая Рижскую Гребенщиковскую, Режицкую кладбищенскую и 1-ю Двинскую) отмежевались от ЦК  по делам старообрядцев и поддержали кирилловский Совет старообрядческих соборов и съездов (отражавший настроения правого крыла старообрядчества). Среди наиболее заметных фигур, поддержавших Совет были И.Н.Заволоко, А.И.Формаков и И.Ф.Юпатов (144).

После захвата К.Улманисом власти работа ЦК по делам старообрядцев была прекращена. Не удалось удержаться и Совету соборов и съездов. В частности, 16 октября 1934 г. в Управлении духовных дел МВД состоялось совещание старообрядческих деятелей для обсуждения законопроекта о старообрядческих общинах (который так и не удалось принять до 15 мая 1934 г.). В совещании участвовали представители группы С.Р.Кириллова, Рижской Гребенщиковской общины, Т.Е.Павловский и Т.С.Добрецов, представлявший латгальских наставников (левые старообрядцы  к участию в нем не были приглашены). Примечательно, что возражения С.Р.Кириллова относительно отдельных положений законопроекта, не встретили поддержки. Т.С.Добрецов даже попросил избавить старообрядчество от таких опекунов как С.Р.Кириллов и дать возможность  старообрядцам работать независимо от политиканов, преследующих личные цели и выгоды, организовать и оздоровить церковную жизнь(145). Согласно Закону о старообрядческих  общинах (1935 г.), хотя наставник и избирался общим собранием, его утверждало в должности Управление духовных дел. Если собрание общины постановляло об увольнении наставника, то это решение опять же вступало в силу лишь по утверждении Управлением духовных дел (146). Таким образом, старообрядческие общины оказались под контролем властей, а необходимость в представительном  староообрядческом органе отпала.