Димитрий Левицкий

Димитрий Левицкий

Димитрий  Александрович Левицкий (17 февраля 1907, Ченстохов, Царство Польское -9 января 2007, Арлингтон, США) - доктор философии, публицист и общественный деятель.

Димитрий Александрович Левицкий родился в Ченстохове, где стоял полк его отца Александра Константиновича Левицкого. Его матерью была немка Мария Ингеборг, в девичестве Люр. Соединение русской и немецкой кровей очень удачно сказалось на формировании личности и мировоззрения Д.А. Левицкого. Русская широта и немецкая аккуратность и обязательность были его верными спутниками. Хотя мать Д.А. родилась в Августове, в Сувалкской губернии, ее отец получил образование в Рижском политехникуме,  где, между прочим, был одним из основателей первой русской студенческой корпорации «Бористения». Там же, в Риге, он женился на рижанке Матильде фон Бодеккер. Таким образом, у Д.А. глубокие рижские корни. Хотя семья Люр жила на территории Польши, входившей тогда в состав Российской империи, Мария гимназическое образование получила в Риге. Одним из ее любимых учителей был учитель истории Иван Иванович Кёлер, который впоследствии стал учителем и ее детей: Димитрия и Ирины.

Первые детские воспоминания Д.А. пришлись на страшные годы революции и гражданской войны, заставшие семью Левицких в Москве. Большим ударом стала гибель отца в ходе захлестнувшей Россию смуты. Все заботы о семье легли на хрупкие плечи Марии Ивановны – именно под этим именем она осталась в памяти рижан. Воспользовавшись тем, что в Риге у нее были родственники, она с детьми отправилась туда. Рига стала для Д.А. родным городом. Здесь прошли его отрочество и юность, студенческие годы, начало юридической практики. Здесь сформировалось его мировоззрение, началась общественная и политическая деятельность. В Риге Д.А. жил с 1918 по 1944 год. И если бы ход истории был иным, то, возможно, что и оставшуюся жизнь он провел в этом городе. Но судьба распорядилась иначе.

Рижский период был яркой страницей в биографии Д.А. По приезду в Ригу он поступил в Рижскую городскую русскую среднюю школу (бывшую Ломоносовскую). В этой же школе, до ее закрытия в 1935 году, делопроизводителем работала Мария Ивановна Левицкая. Среди гимназистов Русского Зарубежья начала 1920-х годов царила особая атмосфера неприятия большевизма, что было следствием рассказов родителей или ими самими пережитых в детстве ужасов. Школу Д.А. окончил в 1925 году. Его одноклассниками были Юрий Канский и Альфред Адеркас, принявшие рискованное решение начать нелегальную работу в советской России и поплатившиеся за это жизнями. Вместе с Д.А. учился Владимир Петров, впоследствии известный шахматист, гроссмейстер. Будучи студентами Латвийского университета, они оба вступили в студенческую корпорацию «Ruthenia». К сожалению, судьба В.Петрова, как и многих других латвийцев, оказалась печальной. Его жизнь оборвалась в застенках Гулага в 1943 году. Одноклассником Д.А. был и Николай Литвин - бессменный секретарь Русского студенческого православного единения, отделения РСХД в Латвии. Школьные годы оставили неизгладимый след в памяти Д.А. Поэтому, когда в Риге появилась возможность издать книгу о гимназии, Д.А. горячо поддержал этот проект как материально, так и своими статьями, замечаниями и советами. В Латвии же одним из инициаторов создания книги о гимназии была ее выпускница Маргарита Васильевна Салтупе (ур. Морозова), с которой Д.А. переписываался до ее кончины в 2006 году. Следующим этапом рижской жизни Д.А. – был факультет народного хозяйства и права Латвийского университета (ЛУ), славившийся своей профессурой, в т.ч. русской. Ему довелось слушать лекции известных русских профессоров: Василия Синайского, Владимира Буковского, Александра Круглевского, а также Августа Лёбера, Арведа Швабе, Петериса Леиньша, Пауля Минца... Русские студенты составляли в ЛУ чуть более 3% (на 1940 год) и разбросаны они были по разным факультетам, а стремление к духовному общению и к просто веселой студенческой жизни – было велико. Ко времени университетской учебы Д.А. корпорантские традиции в местной русской среде уже укоренились. Еще дед Д.А. был основателем первой русской студенческой корпорации, традиции не характерной для российского студенчества, а только для русских балтийцев.

В 1929 году родилась новая русская студенческая корпорация «Ruthenia». В этом же году Д.А. вступает в нее и остается верным «рутеном» до конца своих дней. Фактически, нормальная жизнь корпорации длилась недолго – только до советской аннексии Латвии в 1940 году. За это время в корпорацию было принято более 120 человек. В большинстве своем это были яркие, незаурядные личности. Д.А. быстро удалось стать «душой» корпорации, и именно он вынес основную тяжесть бремени по сохранению корпорации на чужбине.

Cложной и драматичной страницей в жизни Д.А. стала Вторая мировая война. Он мог без проблем репатриироваться в Германию в 1939 году, но он этого не сделал. Он своими глазами увидел, что такое сталинский режим. Но и сменивший его нацистский режим был неприемлем. Надежды, что с его помощью удастся освободить Россию от коммунизма, оказались иллюзорными. И Д.А., как и многие «рутены», оказался среди тех, кто пытался создать «3-ью силу». Окончание войны знаменовало конец рижского периода в жизни Д.А. Лишь в 1992 году он на пару дней приехал в Ригу. Однако он никогда не забывал о Риге и рижанах, переживал за судьбу оставшихся там друзей; был не равнодушен к развитию событий в советской, а затем и в постсоветской Латвии.

В послевоенной Европе Д.А. собирал «рутенов» разбросанных по разным беженским лагерям. 6-7 апреля 1946 года состоялся первый зарубежный съезд филистров и комильтонов корпорации «Ruthenia». Для поддержки связи между «рутенами» Д.А. начинает готовить Циркуляры, из которых можно узнать новости о жизни «рутенов», а также оценку политической ситуации. Первые Циркуляры размножались на ротаторе и рассылались по имевшимся адресам. Позднее Циркуляры приобрели более «приличный вид» и с № 85 стали именоваться «Вестниками Рутении». Последний 148-й номер вышел в апреле 1997 года. Смерть сениора корпорации Евгения Осипова прервала не только выход «Вестников Рутении», но и привела к самоликвидации корпорации. Тем не менее пока был жив Д.А. – корпорация, хотя и неофициально, но продолжала быть.

Неверно было бы полагать, что Д.А. отдавал себя корпорации, ввиду отсутствия более значимых дел. Вовсе нет. Его жизнь была насыщена до предела. В 1951 году он вступил в исключительно счастливый брак с Эстер Вальтеровной, которая до последних дней была его верным другом и помощницей. В том же году супруги перебрались в США. Здесь Д.А., как и многие русские эмигранты, переквалифицировался, став специалистом по славистике. В 1969 году он окончил Пенсильванский университет со степенью доктора философии, защитив диссертацию «Жизнь и литературное наследие Аркадия Аверченко». К удовлетворению автора этот труд ему удалось издать в полном объеме в Москве в издательстве «Русский путь» в 1999 году. Д.А. активно писал статьи в различные русские эмигрантские издания, внимательно следит за развитием событий в СССР. Большой радостью для него стали перемены на его исторической родине. Советский режим рухнул, на его месте образовались новые государства, в их числе восстановила свою независимость и Латвия. Трудно представить, какие чувства переполняли Д.А., когда его, человека, которому был закрыт въезд на родину, пригласили на прием в посольство России.

Д.А. Левицкий вошел в жизнь постсоветской Латвии публикациями статей «Национальность жертв не существенна для коммунистической власти...» в журнале «Родник» за 1990 год и «О положении русских в независимой Латвии» в журнале «Даугава» в 1991 году, тем самым, положив начало детальному изучению истории русского населения Латвии в годы Первой республики. Как только появилась возможность Д.А. стал не только восстанавливать старые связи, но и устанавливать новые с близкими ему по духу людьми. Одним из них был Юрий Иванович Абызов (1921-2006) – человек, поселившийся в Латвии после войны, но по крупицам собравший и восстановивший для потомков бесценный исторический и культурологичесий материал о русских латвийцах в 1920-1930 годы. Среди рижских корреспондентов Д.А. была и я. Его добрые советы очень помогли мне в работе над книгой «Русские в довоенной Латвии», вышедшей в 2000 году.

Невзирая на солидный возраст, Д.А. продолжал работать. Он просил присылать ему вырезки из рижских газет, литературу, по интересующей его исторической тематике. Подчас он просто поражал своей осведомленностью о происходящем в Латвии. Его особенно волновало положение русских латвийцев: массовое безгражданство, языковые притеснения, проблемы русской школы, вытеснение русских из государственного сектора. Д.А. с печалью замечал, что в Западном обществе набирает силу русофобия, нарочито смешиваются понятия: «русское» и «советское». Еще в 1990-е годы он публиковал статьи о политической ситуации в Латвии в газете «Новое Русское Слово». Его интересовали загадки истории, в частности, нераскрытое убийство в 1934 году главы Православной церкви в Латвии архиепископа Иоанна. В 2003 году он опубликовал в журнале «Даугава» статью «Загадка следственного дела об убийстве архиепископа Иоанна (Поммера)», в которой развеял  домыслы о причастности к этому убийству известного тенора Леонида Собинова.

Последней работой Д.А. стала книга «Рутения» в Риге и на чужбине», вышедшая в 2005 году. Книга была задумана в середине 1990-х годов. За работу взялись Евгений Осипов (Австралия), Генрих Гроссен (Швейцария) и Димитрий Левицкий (США). Естественно, находясь на разных континентах, не имея электронной почты, делать совместную работу сложно. Составителей, однако, это не смутило, ими был собран большой материал. Но в 1997 году в мир иной ушел Евгений Осипов, тяжело заболел Генрих Гроссен. Работа остановилась. Помог случай. В 2002 году в Ригу приехал «рутен» Андрей Владимирович Герич. Во время его встречи с Ю.И. Абызовым зашла речь об архиве «Рутении». Ю.И. предложил свою помощь в его издании. Такой поворот событий буквально окрылил Д.А. Он взял на себя все расходы по изданию книги. Работа закипела. Мне посчастливилось принять участие в реализации этого проекта и понять как важна эта книга для Д.А. Несмотря на проблемы со зрением, он буквально засыпал нас письмами с разными дополнениями и уточнениями. К сожалению, пока книга готовилась к изданию ряды «рутенов» заметно поредели. Д.А. очень болезненно переживал уход своих друзей. К счастью, сам он успел увидеть плод своего труда. История «Рутении» - уникального мужского братства в условиях рассеяния не канула в Лету.

9 января 2007 года в Арлингтоне (пригороде Вашингтона) Д.А. Левицкий ушел от нас в мир иной. С его уходом мы потеряли одного из последних свидетелей и активных участников многих судьбоносных событий минувшего века, скрупулезного ученого и отзывчивого человека.

Татьяна Фейгмане

 

Димитрий Левицкий. О положении русских в независимой Латвии

Димитрий Левицкий. "Национальность жертв не существенна для коммунистической власти..."

Димитрий Левицкий. Кратка историческая справка (об истори Рижской городской русской гимназии)

Димитрий Левицкий. Краткий очерк жизненного пути моей матери

Димитрий Левицкий - Ю.И. Абызову

Димитрий Левицкий. «Закон и суд»

Димитрий Левицкий. Загадка следственного дла об убийстве архиепископа Иоанна (Поммера)

«Рутения» в Риге и на чужбине. Составители  Е.А. Осипов, Г.Г. Гроссен и Д.А. Левицкий

О нем:

Андрей Герич. Памяти Димитрия Александровича Левицкого

Сергей Журавлев. «Ветеран рутенов»

Ростислав Полчанинов. Мои встречи с Д.А. Левицким

Татьяна Фейгмане. Димитрий Александрович Левицкий (17.02.1907 -9.01.2007)

Людмила Флам. Памяти Д.А. Левицкого. Друга семьи

Фотографии из архива рижской русской студенческой корпорации "Ruthenia"

Иллюстрации к теме