Авторы

Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Вера Бартошевская
Василий Барановский
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Светлана Видякина
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Герич (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Оксана Дементьева
Надежда Дёмина
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Андрей Колесников (Россия)
Татьяна Колосова
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Натан Левин (Россия)
Димитрий Левицкий (США)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Сергей Николаев
Николай Никулин
Тамара Никифорова
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Константин Обозный
Григорий Островский
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Ина Ошкая
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
А. Преображенская, А. Одинцова
Анастасия Преображенская
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин
Фёдор Эрн

Уникальная фотография

Александра Федорова в роли Раймонды

Александра Федорова в роли Раймонды

Наша святая

Юлия Александрова

«Ves.LV»

19 марта 2012 (Вести Сегодня Плюс23)

Православная святая мать Мария, родившаяся в Риге 120 лет назад, вернулась в родной город в четвертый раз. Теперь уже навсегда — на доме по улице Элизабетес, 21, установлена мемориальная доска.

"Я не хотела перепутья, устала без дорог блуждать", — писала в своем стихотворении 1914 года поэтесса Елизавета Кузьмина–Караваева — будущая мать Мария. Ей суждено было родиться буквально на перепутье — этот самый дом на Элизабетес, 21, где она появилась на свет, является архитектурной доминантой единственного в Риге перекрестка с пятью углами!

Пресс–конференция, посвященная открытию мемориальной доски, состоялась в родном доме матери Марии, поэтому все желающие могли пройтись по бывшей квартире помощника прокурора Юрия Пиленко, в семье которого 120 лет назад родилась дочь Елизавета. Правда, сейчас в здании находится гостиница, поэтому квартира бельэтажа ныне является частью холла, но детская комната с эркером сохранилась — там располагается кафе. Окна детской выходят аккурат на пятиугольный перекресток!

"Мы шли к этому событию пять лет", — пояснили сопредседатели рижского "Общества матери Марии" Наталья Елкина и Геннадий Котов, рассказав, что идея установления мемориальной доски принадлежала члену латвийского антифашистского комитета Галине Владимировой и журналисту газеты "Вести Сегодня" Елене Слюсаревой. Неоценимую поддержку оказал председатель организации "Содружество" Артур Невицкий.

Воплотить идею в жизнь удалось благодаря пожертвованиям частных лиц, а также помощи компании "Латвияс газе" и латвийской еврейской общине. Памятная доска была установлена к 80–летию пострига матери Марии. Именно 16 марта Елизавета Скобцова (по второму мужу) превратилась в мать Марию — монахиню, которая вошла в ряды французского Сопротивления и погибла в газовой камере концлагеря Равенсбрюк, отдав свою жизнь ради спасения других людей.

В этом же концлагере находилась тогда двадцатилетняя Нина Степановна Николаенко, жительница Псковской области, арестованная гестапо за связь с партизанами. Нина выжила, а ее дочь Елена Павлова стала третьим сопредседателем рижского "Общества матери Марии".

— Моя мама находилась в Равенсбрюке в том же 44–м году, что и мать Мария, но они не встретились — советских заключенных держали отдельно от французов и поляков, однако такое совпадение стало для меня знаковым. Сделать все возможное, чтобы память о матери Марии в ее родном городе была жива, — мой личный долг, — рассказала Елена нашей газете.

В Риге имя матери Марии до сих пор известно немногим, хотя на открытии мемориальной доски собралось несколько десятков человек. Многие пришли с цветами. Прохожие останавливались и с интересом спрашивали, что здесь происходит. А ведь мать Мария — наша, рижская святая. Пусть даже ее "рижский" статус пока является неофициальным, поскольку канонизацию совершила Зарубежная православная церковь, а Московская патриархия (к которой относится Латвийская православная церковь) этот акт еще не утвердила.

— Я уверена, что Русская православная церковь обязательно канонизирует мать Марию, поэтому уже сейчас мы можем спокойно молиться этой святой, — считает преподаватель российского Свято–Филаретовского православного института, магистр богословия Лидия Крошкина.

Однако имени матери Марии нет в святцах местной церкви, так же как нет ее иконы в рижских церквях. Будет ли нарушением церковных правил, если какой–нибудь рижский иконописец напишет икону преподобномученицы матери Марии?

Отвечая на этот вопрос вашего корреспондента, Лидия Крошкина ответила, что это не будет противозаконным. Более того, в одной из церквей Тверской епархии уже висит икона "Всех бежецких святых", где в том числе запечатлена и мать Мария.

В данный момент идет подготовка пятитомного сочинения трудов матери Марии.

А труды ее многочисленны и разнообразны: стихи, жития святых, мистерии, статьи на богословские темы, переписка с Александром Блоком.

В Риге Елизавета Юрьевна прожила всего четыре года, так как ее отец подал в отставку, после чего семейство перебралось в родовое имение в Анапе. Она еще дважды посетила Ригу — в 1932–м и 1935–м, когда знакомилась с работой православных монастырей в Эстонии и Латвии. Сейчас мать Мария вернулась в Ригу в четвертый раз, чтобы больше никогда не расставаться с родным городом.
Хозяева дома на Элизабетес, 21, которые проживают в Литве, уже сообщили, что намерены разместить в холле своей гостиницы экспозицию, посвященную знаменитой рижанке.

КСТАТИ
В Советском Союзе о жизни русской монахини из Парижа стало широко известно лишь после того, как в 1982 году на экраны вышел фильм "Мать Мария". Главную роль исполнила Людмила Касаткина. К сожалению, противоречивая и не по–монашески страстная натура матери Марии была отлакирована до предела, и фильм получился не только скучным, но и неправдоподобным.

— Парижская эмиграция очень плохо восприняла этот фильм, — подтверждает доцент Страсбургского университета Татьяна Викторова. — Поскольку я работала со всеми парижскими архивами матери Марии и беседовала с ее современниками, то мне рассказывали, что авторы фильма и актриса тоже встречались с людьми, помнившими мать Марию. Об этих встречах эмиграция вспоминала с улыбкой. На одну из них Касаткина пришла одетая в черное с головы до ног, с большим крестом на груди, а не под одеждой, как это принято, и во время разговора то и дело крестилась невпопад. Мать Мария была совершенно не такой, как это показано в фильме!



"Вести Сегодня +", № 23.