Авторы

Виктор Абакшин
Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Вера Бартошевская
Василий Барановский
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Германис
Андрей Герич (США)
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Надежда Дёмина
Оксана Дементьева
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Татьяна Колосова
Андрей Колесников (Россия)
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Марина Костенецкая
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Димитрий Левицкий (США)
Натан Левин (Россия)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Сергей Николаев
Тамара Никифорова
Николай Никулин
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Григорий Островский
Ина Ошкая
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
А. Преображенская, А. Одинцова
Анастасия Преображенская
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Георг Стражнов
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин

Уникальная фотография

Крестный ход рабочих и служащих Кузнецовской фабрики

Крестный ход рабочих и служащих Кузнецовской фабрики

Замысел баронессы Врангель

Юрий Абызов

Ирина Шевеленко. Материалы о русской эмиграции 1920 - 1930-х гг. в собрании баронессы М.Д.Врангель. (Архив Гуверовского института в Стэнфорде) - Stanford Slavic Studies. Vol.9. Stanford. 1995

 

При беглом взгляде на обложку этой книги ловишь себя на том, как срабатывают привычные стереотипы нашего исторического мышления: эмиграция... баронесса... Врангель... Ага, это непременно Белая армия, черный барон, который готовил нам царский трон! И тут же вспоминается макороническое поношение Демьяна Бедного, под пером которого барон изъяснялся так:

...И я скажу всему канальству:

- Майн фольк! Не надо грабежи.

Служите старому начальству,

Вложите в ножницы ножи...

Барон представал придурковатым немцем, непонятно откуда взявшимся в России и непонятно почему командовавшим русской армией. Словом, всплывало что-то очень несимпатичное. И все потому, что историю нашу мы знали прескверно. А слава России складывалась из многих имен, которые вписывали в историю Багратион, Барклай де Толли, Беллинсгаузен, писатель Фонвизин, доктор Гааз и лексикограф Даль, не русские по фамилии, но русские по деяниям их.

Остров Врангеля и Горы Врангеля в Америке (Wrangell Mountains), названные в честь знаменитого путешественника российского адмирала Фердинанда Петровича Врангеля. Фердинанд Фердинандович Врангель - директор Александровского лицея. Участвовал в покорении Кавказа генерал от инфантерии К.К. Врангель. И не одни эполеты и форменные сюртуки - были и лица, получившие признание на ниве искусства. Скажем, Николай Николаевич Врангель (1880 - 1915), известный искусствовед, оставивший труд "История скульптуры". А был последний родным братом того самого "черного барона" Петра Николаевича. Оба выросли в семье Николая Егоровича Врангеля (1847 - 1924), оставившего обширные мемуары "От крепостного права до большевизма" и стихотворный перевод "Фауста" Гете. И то, что Петр Николаевич пошел по военной линии, не сделало его "солдафоном". Историю 1920 года он написал сам. Такова уж была традиция, характерная для родовитых семейств, - запечатлевать время и свое отношение к нему собственноручно.

Но кто же эта названная вначале баронесса Врангель? А это мать и Петра Николаевича и Николая Николаевича, - Мария Дмитриевна Врангель (1857 - 1944).

***

Не являясь профессиональным литератором и библиографом, Мария Дмитриевна тем не менее задумала в середине 20-х годов создать обширный труд, касающийся русского рассеяния, где нашли бы место сведения о характере среды обитания эмигрантов, численности их, положении церкви, школы, литературы и проч. Из Бельгии, где она жила, во все страны летели ее письма с просьбой присылать сведения об окружении и о себе.

Грандиозность замысла часто говорит о дилетантизме носителя идеи, но рано или поздно он осознает, что полная реализация замысла не под силу одному человеку. И Мария Дмитриевна решила ограничиваться только автобиографическими сведениями. На этой стадии проект приобрел некоторые реальные очертания.

В конце концов, уж не так важно, получены ли автобиографии от 100 литераторов, профессоров, общественных деятелей или от 250. Все равно объять необъятное в рамках одной жизни, тем более на склоне ее, невозможно. Но сколько бы его ни было, - а всегда кажется, что могло быть и побольше! - материал этот с годами, как старое вино, делается насыщеннее, ценность его возрастает в зависимости от аутентичности документов, сохранности их, от личности собирателя, от его идеального замысла и реального воплощения, от того, как материал поддается комментированию и проч. и проч. Этот выдержанный материал напоминает само зачерпнутое и сохранившееся время.

Реализовать замысел полностью было невозможно еще и потому, что эмиграцию раздирали распри и раздоры. Иные, не желая связывать себя с матерью "черного барона", воздерживались от переписки, другие не хотели оглашать свое имя, опасаясь за судьбу близких в России. ГПУ всегда проявляло повышенный интерес к публикациям и материалам, касающимся жизни эмиграции, как общественной, так и личной. С этим пришлось считаться и М.Д.Врангель.

Ограничившись сделанным, М.Д. не пожелала внести свое собрание в Пражский архив русской эмиграции, руководителям которого она не доверяла из-за их "левых убеждений", а передала его в Гуверовский архив в Стэнфорде, где уже хранился фонд ее сына, П. Н. Врангеля. С 1933 года собрание ждало своего часа, и наконец за него взялась исследовательница Ирина Шевеленко (к этому времени собрание уже было систематизировано и описано Ольгой Верховской-Данлоп), подготовила его к печати, тщательно прокомментировала, предварила очерком об истории возникновения собрания на фоне жизни русской диаспоры 20-30-х годов.

Материалы, содержащиеся в книге, являются лишь выборочными: не имело смысла повторять то, что за долгие ходы хранения уже стало достоянием сборников и справочников. Здесь приводятся 44 автобиографических письма, скажем, М.А. Алданова, С.Л. Войцеховского, Б.К. Зайцева. Н.К. Кульмана, А.И. Куприна, В.В. Набокова, Н.З. Рыбинского, П.А. Сорокина и др. Одни более известны нам, другие - менее и сведений о них недоставало. Отметим наличие в сборнике четырех рижан: Ю.И. Галича, Л.Ф. Зурова, И.С. Нолькена, Г.А. Ландау. Письма последнего особенно ценны, поскольку Г.А. Ландау, философ и публицист, фигура известная, но малоисследованная.

В сборнике воспроизводятся и сопровождавшие письма фотографии авторов. Попробуйте найти, когда это нужно, фотографии Н. Астрова, В. Даватца, В. Корсака, - придется копаться в редких, труднодоступных изданиях, преимущественно газетно-журнальных, где вместо лиц - мутные пятна. А здесь прекрасно видны юный В.Набоков и теософка А. Каменская, поэт и политический деятель С.Кречетов и подруга И.Бунина Г.Кузнецова.

Разумеется, книга эта для определенного круга читателей, скорее даже пользователей, для библиографов, литературоведов и историков, которые читают такие книги раздумчиво и дотошно, делая пометки и заметки. И те, кто сейчас штудирует ее, конечно же благодарны Ирине Шевеленко и нашему земляку, бывшему рижанину, ныне профессору Стэнфордского университета Л.Флейшману, который подвигнул И.Шевеленко на этот труд.

Даугава, 1996, № 6