Авторы

Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Вера Бартошевская
Василий Барановский
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Ираида Бундина (Россия)
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Светлана Видякина
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Герич (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Оксана Дементьева
Надежда Дёмина
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Татьяна Колосова
Андрей Колесников (Россия)
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Димитрий Левицкий (США)
Натан Левин (Россия)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Тамара Никифорова
Сергей Николаев
Николай Никулин
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Константин Обозный
Григорий Островский
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Ина Ошкая
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
А. Преображенская, А. Одинцова
Анастасия Преображенская
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин
Фёдор Эрн
Александра Яковлева

Уникальная фотография

Рижские староверы приветствуют императора Александра III

Рижские староверы приветствуют императора Александра III

Русские студенты, сокола и НТСНП в Хорватии

Ростислав Полчанинов (США)

ЗА СВОБОДНУЮ РОССИЮ

Но.32 (61) май 2005 г.

===== СООБЩЕНИЯ МЕСТНOЙ ОРГАНИЗАЦИИ НТС НА ВОСТОКЕ США =====

R.Polchaninov, 6 Baxter Ave., New Hyde Park< NY 11040-3909 rpolchaninoff@mindspring.com

 

Русские студенты появились в Загребском университете в конце 1920 г. вскоре после эвакуации Крыма. Это были солдаты и офицеры белой армии ген.П.Н.Врангеля. Говорят, что среди студентов был даже один инвалид-генерал. Впрочем, как говорят, среди студентов он не был единственным инвалидом. B 1921 г. в Загребе было 80 русских студентов (1), а в 1922 г. уже более 500 человек

В. Лавров в своих воспоминаниях (2) писал, что Загребский университет был знаменит тем, что на 50-70 процентов был заполнен этими русскими бывшими военными, у которых «обмундировка была совсем не первой свежести, видела она и окопную грязь, лежанье в цепях на грязно размокших полях, а у некоторых даже – в пятнах плохо отмытой крови». Студенты, ходившие в своих военных формах, а другой одежды у них не было, получили прозвище – «кузнечики».

В.Лавров пишет, что кузнечики» получали от югославского правительства около 500 динаров стипендии, и жили в русском студенческом доме – бывшей казарме. Этот дом на окраине Загреба – Кунишчак был раньше венгерской военной тюрьмой, о чем свидетельствовали решетки на окнах. (В Австро-Венгрии Хорватия входила в состав Венгрии) Военное ведомство отдало его русским студентам бесплатно, а за кровать, свет и отопление, как пишет В.Лавров, у студентов вычитали из стипендии по 30 динаров.

В этом двухэтажном доме было 8 больших комнат, в которых жило по 20-22 студента, и еще на каждом этаже по 6-7 маленьких комнат, в которых жило по 4 студентки. «В подвалах казармы появился – пишет В.Лавров – деревянный прекрасно сделанный пол, стены красились и расписывались фресками, возникла маленькая сцена с прекрасным занавесом, откуда-то появилось пианино; создался уютный студенческий клуб с двумя залами; в одной была постоянная столовая, в другой устраивались вечера – балы». Далее автор пишет: «По субботам подвал изображал ‘роскошный бальный зал’. В зале со сценой расставлялись стулья и скамьи, занавес взвивался и на сцене выступали певицы и певцы, куплетисты и рассказчики, декламаторы и пианисты, игравшие и классические и собственные произведения». После спектакля начинались танцы.

В.Лавров пишет, что у студентов «были выборные старосты: и на каждом отделении и на каждом факультете, и даже в группе постоянных студенческих статистов городского театра». Был у студентов и свой «Союз русских студентов в Загребе».

Нельзя пройти мимо интересного случая, который подробно описал автор.

«Однажды наш Технический факультет, заполненный на 75 % русскими, проявил себя совершенно не в демократическом духе. Этот поступок, с точки зрения хорватских студентов, был доказательством нашей нелояльности по отношению к академическим принципам солидарности <…>. Почему-то остальные факультеты разошлись во мнениях со своим ректором и деканами, никто не хотел идти на уступки, и студенты объявили забастовку <…> мы же продолжали занятия, независимо от происходившего. <…> Как и следовало ожидать, к нам явилась делегация от остальных факультетов. <…> Какой-то чернявый и юркий человечек (очень подозрительно нестуденческого вида) мигом вскарабкался на кафедру и, выкрикивая навязшим уже с 17 года в наших ушах противно демагогическим тоном отдельные лозунги, стал призывать нас поддержать общую забастовку. Пока он вел речь об этом, мы спокойно, но с нахмуренными лицами слушали. Но как только он начал угрожать нам физическими репрессиями, <…> мы совершенно недвусмысленно двинулись на них и просто вытолкали их всех на улицу». После этого студенты действительно напали на русский студенческий дом и началась драка, конец которой положила полиция.

Первоначально профессора не могли поверить, что люди, воевавшие три-пять лет и отвыкшие от учения, смогут слушать лекции на мало понятном языке и сдать потом зачеты. Оказалось, что белые воины были не только их самыми старательными учениками, но и успешно справившимися с зачетами.

«Кузнечики» пришли и ушли. На их места в университете и в русском студенческом доме пришли другие, окончившие кадетские корпуса или загребскую Русскую реальную гимназию. В чем состоялась деятельность Союза русских студентов, мне не известно, но известно, что 26 декабря 1924 г. в Загребе было основано общество «Русский Сокол». Может быть студенты, поддержавшие создание нового общества, сделали это не потому, что деятельность Союза русских студентов их не удовлетворяла, а из желания принадлежать к более крупной организации, с отделениями во многих городах и странах.

Основанию общества «Русский Сокол» в Загребе предшествовало одно другое событие.

В августе 1924 г. в Загребе состоялся югословянский сокольский слет. В город съехалось несколько тысяч участников, в том числе и группа русских соколов и соколок. Были шествия по городу, массовые гимнастические выступления на стадионе. Все это не могло не произвести впечатления на русскую студенческую молодежь. К тому же, в Загребе одновременно состоялся и III Краевой съезд Русского Сокольства в Королевстве СХС (сербов, хорватов и словенцев, с 1929 г. – Югославия). Все это подтолкнуло русское студенчество и членов русской колонии к созданию в Загребе общества «Русский Сокол». Югославянские сокола предоставили русским соколам в Сокольском доме гимнастический зал и помещение для собраний. Иначе оно и не могло быть, так как общество «Русский Сокол», с первого дня своего существования, было секцией Союза Соколов Королевства СХС, имевшей полную автономию и одновременно пользовавшейся всеми привилегиями, которыми пользовались югославянские сокола, включая бесплатные железнодорожные билеты и бесплатную деловую почту.

Главой общества «Русский Сокол» в Загребе (по сокольской терминологии «старостой») был избран Сигизмунд Сигизмундович Жеромский (25.12.1881, Скт-Петербург - ?). В 1934 г. старостой был избран Иван Алексеевич Поляков, затем Борис Яковлевич Мальцев, а после него Федор Федорович Вяткин (24.II.1902, Пирей (Греция) – 21.5.1967, Киль (Германия)), служивший в годы гражданской войны в I Лейб-гвардии артиллерийской бригаде. В 1945 г. был арестован советскими органами и приговорен к смертной казни, которая была ему заменена 15 годами принудительных работ. После отбытия срока смог выехать к брату в Германию.

Удельный вес загребского общества «Русский Сокол» виден по тому, что в 1934 г. запасным членом Ревизионной комиссии Союза Русского Сокольства был избран бывший до того старостой загребского общества «Русский сокол» С.С. Жеромский.

Следует упомянуть, что в 1932 г. общество «Русский Сокол» в Загребе выпустило в связи с подготовкой к IX Всесокольскому слету в Праге открытку, которая в объявлении была названа: «Русский Сокол». Не известно, сохранилась ли хоть одна открытка этого издания.

Интересна во многих отношениях сокольская свадьба в Загребе, описанная в «Сокольской газете», Вранье, Но.32/ 1938: «Старший руководитель детского отдела бр. [брат – сокола и соколки считаются братьями и сёстрами – прим.РВП] Роман Владимирович Ренненкампф 28.II с.г. сочетался браком с дочерью б. Российского Консула в Загребе Г.Ю.Ферхмина, Татьяной Георгиевной. Обряд венчания совершил Владыка Досифей. Жених венчался в сокольской форме, старший шафер – староста бр. Вяткин и шафера бр. бр. Греков и Егоров были тоже в сокольской форме. Жениха благословила с.[сестра] М.Вяткина вместе с его отцом Владимиром Романовичем. Много членов о-ва, сок. подростков и детей пришло в церковь поздравить новобрачных. Сестре Ренненкампф сок. подростком Ольгой Шишовой был передан букет цветов перевитый русской нац. лентой от имени о-ва».

В Сплите в 1927 г. было основано общество «Русский Сокол», просуществовавшее до 1928 г., а в Осеке было основано сокольское общество в 1934 г. Старостой был избран Д.А.Марченко, заместителями старосты Остерман и Савельев, начальницей Маноцкова (в 1938 г. де-Боде), начальником (в 1938 г.) Кудинов, воспитателем Зельтман. Общество просуществовало до самой войны (1941-1945).

Сокольство было задумано как массовая спортивная организация. Действительными членами могли быть только лица старше 18 лет, которые до своих 27 лет должны были посещать гимнастические занятия. Занятия с детьми и подростками были задуманы как подготовка сокольской смены. Должное внимание уделялось также и патриотической и культурной деятельности.

Спорт и гимнастика привлекала молодежь в сокольские ряды, но не всех, и не везде. Поэтому, летом 1924 г. на руднике Перник (Болгария) нашлась группа молодежи, которая кроме «поддержания и охранения культурных и национальных ценностей и сохранения русского национального лица» поставила себе целью и «действенное объединение для борьбы за освобождение родины». Сперва группа назвалось «Кружком», но в 1927 г., после появления подобных кружков в других городах Болгарии и их объединения, был создан НСРМ – Национальный Союз Русской Молодежи.

Осенью 1924 г., независимо от начала деятельности «Кружка» в Болгарии, в Белграде (Королевство СХС) был создан СРНМ – Союз Русской Национальной Молодежи, который ставил перед собой подобные же цели. Отделения Союза вскоре появились и в других городах королевства, в том числе и в Загребе. Председателем загребского отделения Союза стал Михаил Николаевич Хлопин (14.4.1907, Скт.Петербург-?), сыгравший впоследствии значительную роль в создании НСНП – Национального Союза Нового Поколения (ныне НТС).

Идеи НСРМ (Болгария) и СРНМ (Югославия) были подхвачены русской молодежью в других странах. Центральные правления этих союзов выпустили 1 сентября 1928 г. совместное воззвание, предлагающее созвать в Белграде съезд молодежи с целью объединения молодежных организаций в единый союз.

Толчком к этому был съезд в Сен-Жюльен (Франция) 27 июня 1930 г., созванный «Антикоммунистической лигой» (Лигой Обера), на котором встретились представители русской молодежи из Болгарии, Латвии, Франции, Чехословакии и Югославии. Приехавшие представители договорились о проведении учредительного съезда Национального Союза Русской Молодёжи в Белграде с 1 по 5 июля того же года.

На Первом съезде в Белграде 1-5 июля 1930 г., был создан НСРМ. Сокольское и скаутское руководство с самого начала проявило особый интерес к этому начинанию и среди делегатов от Болгарии был сокольский руководитель М.А.Павлов, а среди делегатов из Франции скаутский руководитель Ф.И.Бострем.

На Втором съезде в Белграде 25 декабря 1931 г., кроме упомянутых, были представители Бельгии, Польши и Литвы, но не было представителя Латвии. На этом съезде было принято новое название: НСНП – Национальный Союз Нового Поколения  и был принят общий устав, вводивший единую структуру для всех отделов. Доклад по уставу был сделан председателем загребского отделения М.Н.Хлопиным.

Если загребские русские сокола собирались в югославянском Сокольском доме, то помещение для собраний НСРМ (впоследствии НСНП, НТСНП (с прибавлением слова «Трудовой») и НТС) было получено в Русском студенческом доме на Кунищаке. Там в большой комнате на 20 человека проживало два бывших студента - члена НТСНП: поэт Павел Николаевич Зеленский (1904-1978), подписывавшийся псевдонимом «МЭП» (Молодой эмигрантский поэт) и поэт Михаил Николаевич Залесский (1905-1979). В издательстве НТС – «Посев» в 1981 г. вышел посмертный сборник стихов Залесского «Златоцвет», в который дети Залесского включили несколько его стихотворений, посвященных Загребу.

Зеленский своего сборника стихов не выпустил, но его песня «Молодежная» на мотив песни 5 гусарского Александрийского полка и «Мы поколенье…» на его собственный мотив, печатались с нотами во всех НТС-овских «Календарях памятках».

Кроме двух кроватей для постоянных жильцов, в комнате было еще две кровати для гостей. В 1936 г. мне пришлось там ночевать и затем не раз там бывать, вплоть до моего отъезда из Загреба в Германию в январе 1942 г. когда НТС формально уже перестал существовать.

Последним председателем загребского отделения НТС был Георгий Яковлевич Киверов (1896, Россия -15.08.1976, Мюнхен), поручик артиллерии, инженер-архитектор и художник, окончивший загребский университет. В 1946 г. он основал в Гамбурге художественную школу, занимался иконописью и преподавал иконопись в школе. Одно время работал в Аддис-Абебе (Эфиопия), но из-за климата вернулся в Германию.

В апреле 1941 г., после создания НДХ – Независимой державы Хорватии, все организации, существовавшие до войны, были распущены. Особо строгие меры были предприняты по отношению к соколам.

Т.В.Рыбкина прислала мне текст приказа полиции города Загреба от 22 декабря 1941 г. бывшим членам Югославского сокола, в том числе и русским соколам, которые были одновременно и членами Югославского сокола, следующего содержания:

«Призываются члены бывшего Югославского сокола на территории города Загреба сдать свои сокольские формы, или части форм, в течение не более восьми дней Полицейскому управлению города Загреба (Джорджичева ул. Но.2 1-й этаж) в служебные часы от 8 до 13 часов. О сдаче формы будут выдаваться официальные подтверждения. Предупреждаются, что о сдаче форм будет вестись строжайшее наблюдение, и против тех, кто не сдаст форм или их частей будут предприняты строжайшие меры, т.е. будут отправлены в концентрационный лагерь, а в случае большего пропуска или возражений, будут отданы под военно-полевой суд» (перевод РВП) (3). Подобные приказы, вероятно, отдавались и в других городах.

Т.В.Рыбкина прислала мне и копию письма Главного исполнительного бюро НТС от 15.07.1941 министру иностранных дел НДХ за подписью Главного секретаря исполнительного бюро М.Георгиевского и председателя отделения в Загребе Г.Киверова. В письме выражалась просьба молчаливого разрешения и одобрения всей деятельности Союза, включая согласие на поддержку стараний Союза основать Хорватско-русское общество, и на разрешение М.Георгиевскому переехать из Земуна в Загреб, с правом на выезд за границу и возвращение в НДХ. В письме подчеркивалось, что это письмо и все предыдущие шаги делаются с ведома и согласия представителя русской эмиграции в НДХ господина Г.Ферхмина. Не добившись положительных результатов, НТС оказался в нелегальном положении. М.Георгиевский остался в Земуне, а Г.Киверов в 1942 г. уехал из

Хорватии на работы в Германию для дальнейшего продвижения на оккупированную немцами территорию СССР.

В декабре 1941 г. в Загребе была открыта выставка «Борьба объединенной Европы на Востоке» (Borba Udružene Europe na Istoku). Когда я приехал в Загреб для дальнейшего следования в Германию, члены НТС посоветовали мне посетить эту выставку, чтобы не иметь никаких иллюзий насчет целей, которые преследуют нацисты. Война велась не ради уничтожения коммунизма, а для захвата территорий. Выставка была одновременно и антикоммунистической, и антисемитской, и русофобской.

Считая, что русским эмигрантам в тяжелые годы войны надо быть вместе с русским народом, группа загребских членов НТС заключила осенью 1941 г. договор с одной немецкой фирмой, работавшей около Киева. Участник этой группы, студент загребского университета Игорь Шмитов (1922-1982) об этой поездке написал небольшую статью «За чертополохом», которая была напечатана в подпольном журнале «Ярославна» Но.6 за июнь 1942 г., который выходил в Загребе. Известно, что с этой группой произошел вскоре у немцев скандал. Ему, и еще нескольким молодым членам НТС, вместо канцелярской работы, выдали винтовки и послали охранять лагерь военнопленных, работавших на пригласившую их фирму. Конечно, все отказались идти охранниками и потребовали соблюдение договора. Как хорватским подданным это им удалось, но этот случай, и то, что члены НТС быстро нашли общий язык с местным населением, было причиной, что немцы распорядились русских эмигрантов, с любым подданством, не нанимать на работу на оккупированную территорию СССР.

После этого, у членов НТС не было другого выхода, как ехать в Германию, якобы на работу, а затем, бежать с работы и нелегально пробираться на оккупированную немцами или румынами территорию СССР.

В границах Хорватии 1941-1944 гг., кроме отделения НТС в Загребе, оказались отделения в Сараеве (председатель Доне), Баня-Луке, Тузле (председатель поэт Александр Николаевич Неймирок, чей сборник «Стихи» был издан «Посевом» в 1946 г.) и Земуне.

За годы войны Хорватию покинули почти все члены НТС. Оставшийся в Загребе Ф.Ф.Косарш был арестован в июле 1945 г., обвинен, что с 1937 г. являлся одним из руководителей НТСНП и приговорен к смертной казни. Известно, что несколько пожилых членов НТС, оставшихся по разным причинам в Сараеве, были арестованы и отправлены в СССР, в том числе и председатель отделения, гвардейский офицер Доне, который отбыв 15 лет в концлагере, скончался в СССР в доме для заключенных-инвалидов в Потьме.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. «Новое время». – Белград. – Но.392/ 1922

2. «Солдатский университет» // Новое русское слово. – Нью-Йорк. – 6,7 и 8 сент. 1967.

3. Redarstvena oblast za grad Zagreb. Prs.broj 32.423-41. Zagreb, 22.prosinca 1941. Poziv. Pozivaju se članovi bivšeg Jugoslavenskog sokola sa područja grada Zagreba, da u neprekoračivom roku od 8 (osam) dana predaju svoje sokolske odore ili njihove dijelove Redarstvenoj oblasti za grad Zagreb (Dordićeva ulica broj 2 I kat) za vrijeme uredovnih sati od 8 do 13 h. O predaji odore izdavat će se uredovne potvrde. Napominje se, da će se o predaji odora voditi najstrožiji nadzor, te će se protiv onih, koji predaju odora ili njihovih dijelova ne izvrše u određenom roku najstrožije postupati, t.j. biti će upućeni u koncentracioni logor, a u slučaju većeg propusta, odnosno protuslovlja ovoj naredbi – stavljeni pod prieki sud. Redarstvena oblast za grad Zagreb. (Hrvatski državni arhiv, Zagreb. Zbirka štampata, 104/55) размер 95 х 63 см.

 

Для описания деятельности НСРМ, СРНМ и НТС была частично использована книга «Ранние годы» Л.Рара и В.Оболенского (Москва «Посев» 2003), а также материалы, присланные Татьяной Витальевной Рыбкиной, за что автор выражает ей особую благодарность.