Авторы

Виктор Абакшин
Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Василий Барановский
Вера Бартошевская
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Германис
Андрей Герич (США)
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Оксана Дементьева
Надежда Дёмина
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Татьяна Колосова
Андрей Колесников (Россия)
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Натан Левин (Россия)
Димитрий Левицкий (США)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Рута Марьяш
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Николай Никулин
Сергей Николаев
Тамара Никифорова
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Григорий Островский
Ина Ошкая
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
Анастасия Преображенская
А. Преображенская, А. Одинцова
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Георг Стражнов
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин

Уникальная фотография

Заводские ясли товарищества «Проводник»

Заводские ясли товарищества «Проводник»

Что такое «свободный художник»?

Наталья Лебедева

«Ves.LV»

23 августа 2012 («Вести Сегодня» № 123)

Тепло и скромно, без излишней помпы в большом зале Союза художников Латвии (набережная 11 Ноября, 35) открылась юбилейная выставка профессора Владимира Ивановича Козина, который в сентября отмечает свое 90–летие.

Я люблю этого человека не только за чистый, высокий и благородный талант, но и за искренность, доброту, отсутствие притворства и позерства и при этом непокоренность и несгибаемость. Без агрессии и нападок на «чужое». Настоящий художник.

Больше 36 лет Владимир Иванович возглавлял кафедру живописи нашей Академии художеств и ушел только в 2000 году. Воспитал множество учеников, среди которых лучшие художники Латвии — русские, латыши, люди других национальностей.

Вот и вице–ректор Латвийской академии художеств Каспарс Зариньш сказал в адрес профессора Козина: «Хорошо, что сегодня есть художники, которые говорят на языке художества. Снимаю шляпу перед Мастером, который творит всю жизнь, невзирая на обстоятельства…».

— У нас были переговоры с Латвийским национальным художественным музеем на предмет экспозиции моих работ, — сказал Владимир Иванович. — Но вы же знаете, как там все сложно — уже собирались начать реконструкцию здания, ждут ее с минуты на минуту, сидят на чемоданах. Наверное, им было не до меня.

И Союз художников решил сделать выставку моих работ из своих фондов и тех, которые я принес из дому. Старался, чтобы выставка получилась разнообразной. Поэтому здесь есть и натюрморты, и портреты, и этюды, и эскизы. Чтобы каждый нашел что–то себе по душе.

И ведь есть чем залюбоваться и чем утешиться душе! Щемящие пейзажи — и неважно, в какой стране написаны, сразу видно, что это русская живопись. Натюрморты душевнейшие — белая посуда, цветы, фрукты, вышитые славянские полотенца, глиняные кувшины, раки. Жизнерадостно и светло. Совершенно в духе золотого века русской живописи — XIX и начала XX. Удивительно — как в натюрморте можно обратиться к душе! А у Козина это получается.

Его однокашник, уже отметивший свое 90–летие раньше, видный латвийский художник Николай Карогодин, дивный пейзажист, сказал во всеуслышание, что «натюрморты Козина — это разговор с нашим сердцем и Богом».

— Мы с ним вместе учились, а потом Владимир остался на кафедре, — говорит Николай. — Милейший человек, прекрасно писал.

Военная серия фронтовика Владимир Ивановича просто берет за душу, к глазам предательски подкрадываются слезы. «Война» — солдат перевязывает рану на правой руке тряпкой, держа другой ее конец зубами. В глазах — ужас, боль и мука, лицо освещено по–разному: одна часть — красным заревом войны, а другая — каким–то зеленым тусклым светом.

Другая его работа на эту тему уже выставлялась — «Победа». Молодой солдатик блаженно прикрыл глаза, запрокинув голову, теребит рукой по лицу. «Выжил!» — это главный посыл этой картины, — комментирует ее автор. — Да, я прошел войну. Писал ее в 70–х. Это мое, личное… Сколько было картин на тему победы — пальба, ликование, а у меня другое».

В иконописной манере портрет жены — на фоне святых образов, но все это тонко, ненавязчиво, с величайшим чувством меры. Как и навеянные темами икон «Наш хлеб», «Вера» — с ангелом, святыми ликами.

— Козин был моим профессором, — говорит Имант Вецозолс, который тоже пишет в глубоко сочувственной реалистичной манере. — В свое время лучшие латышские художники учились в Санкт–Петербурге, а после войны многие русские — вот как Владимир Иванович, которые освобождали Латвию от фашистов, остались здесь и учились в академии. Мой такой реалистично–грустный стиль — это во многом влияние профессора Козина.

— Мне безумно нравятся русские иконы! — признавался профессор Козин, когда мы стояли у его работ на духовную тему. — Вот в соседнем зале ЛСХ выставлены иконы моих учеников из Латвийской христианской академии. Это новодел — я его ужасно не люблю. Все блестит. А русская икона — конечно, произошедшая от византийской! — она такая живописная, легкая, эстетичная, жизнеутверждающая. Там сама живопись прекрасная.

Коллеги–журналисты спросили, как же удавалось писать художнику работы на духовные темы в 60–70–х? Ведь не разрешали…

— Да бросьте вы! Все можно было делать — был бы талант. Вот сегодня молятся на свободу творчества. В чем свобода — повесить унитаз на стенку? Его роль на земле и в точно определенном месте.

Только исключительно одаренный художник может говорить о свободе творчества. Тот, который способен прокладывать новые пути. Вот он действительно свободен, он новатор. А мы, все остальные, — несвободны. Если ты идешь в русле какого–то направления — какая же это свобода? А уж если мы идем вслед за кем–то и думаем, купят ли это, — о чем говорить?

Вместо того чтобы болтать о свободе, художник должен больше говорить об искренности. Вот тут каждый человек индивидуален, и у него великолепная свобода высказывать свои чувства. Кто ему мешает высказать свое отношение к окружающему миру — природе, человеку? Не надо путать с художниками тех подхалимов, которые называются «придворные художники». Они всегда были.

Это очень сложные вопросы. Каждая власть старается поставить себе на службу искусство. Плоха та власть, которая этого не делает. А религия — это тоже власть. Сколько художников, архитекторов работало в этой теме! Ну да об этом долго можно говорить…

"Вести Сегодня", № 123.