Авторы

Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Вера Бартошевская
Василий Барановский
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Светлана Видякина
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Герич (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Оксана Дементьева
Надежда Дёмина
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Андрей Колесников (Россия)
Татьяна Колосова
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Димитрий Левицкий (США)
Натан Левин (Россия)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Сергей Николаев
Тамара Никифорова
Николай Никулин
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Григорий Островский
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Ина Ошкая
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
А. Преображенская, А. Одинцова
Анастасия Преображенская
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин

Уникальная фотография

Рижская частная русская практическая гимназия

Рижская частная русская практическая гимназия

Потомок Рюрика – основатель Сигулды

Александр Гурин

Не все знают, что сравнению с «латвийской Швейцарией» и превращению в популярный курорт Сигулда обязана одному-единственному человеку. Энтузиасту, поборнику прогресса, автогонщику и хорошему организатору – князю Николаю Дмитриевичу Кропоткину.

 "Латвийская Швейцария» прекрасна летом и уютна зимой. Ее красоту жители Латвии ценили еше тысячу лет назад. Название одной из частей города «Турайда» звучит по ливски как «сад бог». Представим себе, к примеру, Латвию, начала 13-го века. В крошечной Риге живут не более тысячи человек. То ли дело Сигулда – самое людное место Латвии. Здесь тысячи жителей, имеется несколько замков, кипят политические и просто людские страсти. Ливский вождь Каупо перешел на сторону христиан и повел крестоносцев на штурм собственного замка. Другой могущественный вождь ливов - Дабрел обнаружил в пещере свою супругу предающуюся любви с другим мужчиной и в гневе убил обоих... История Латвии 13-го века оказалась бы бедна и скучна без Сигулды.

Прошли сотни лет. В Зегевольде (так называли Сигулду) исчезли ливы, развалились древние замки, она считалась глухой провинцией. Впрочем, ее красоты все равно ценились путешественниками. Еще ученый и художник конца 18-го столетия Иоганн Кристоф Бротце отобразил, как некий турист делает надпись рядом с пещерой Гутмана. Нечто вроде «Здесь был Вася». Кстати, первая зафиксированная запись такого рода в Сигулде относится к 16-му столетию. Порой, Зегевольд посещали знаменитые люди: инициатор Северной войны, предводитель Лифляндского дворянства, а затем генерал российской армии Иоганн Рейнгольд Паткуль, известнейший философ Иоганн Гердер. В 1862 году здесь побывал император Александр II. Автограф на стене пещеры, впрочем, оставил не он, а наследник престола царевич Николай.

Однако, туристы приезжали в Зегефольд лишь эпизодически, будущий курорт считался глухой провинцией.

 Во второй половине 19-го века в Зегевольде находились несколько имений. Принадлежали они князьям Ливеным, Кропоткиным. И вот здесь явственно проглядывает русский след. Ведь кто такие князья Ливены? Да, потомки того самого лива Каупо, который жил здесь еще до прихода крестоносцев. Но можно вести княжеский род от Каупо, а можно и от некоего Вани из Пскова. Этот добрый молодец женился на дочери не имевшего сыновей Каупо, его потомки и стали Ливенами (от слова лив).

Что касается Кропоткиных, они получили немалую часть Сигулды просто как приданное. Кстати, к тому времен земля здесь более ста лет наследовалась по женской линии. Сначала императрица Анна Иоанновна за боевые заслуги пожаловала имение талантливому полководцу рижскому генерал-губернатору фельдмаршалу Петру Ласси. Дочь фельдмаршала вышла замуж за Юрия Броуна – также будущего фельдмаршала и будущего генерал-губернатора. Сигулда вновь стала приданным. Но и у Броуна, как у Ласси не было сыновей. Его дочь вышла замуж за родовитого дворянина фон Борха и преподнесла Сигулду роду Борхов. В середине 19-го столетия гордая немка Ольга фон Борх поддалась обаянию князя Дмитрия Кропоткина и стала его женой. В конце 19-го века имением управлял ее сын – князь Николай Дмитриевич Кропоткин. После смерти матери его внесли в матрикул местного дворянства и разрешили именоваться титулом фон Кропоткин. Впрочем, думается, на самом деле не Николай Дмитриевич мог гордиться приставкой фон, а напротив, местные бароны обязаны были считать за честь, что князь Кропоткин стал их соседом, их земляком! Многие ли из них могли сказать, что ведут свой род от Рюрика или равного ему по масштабу и древности деятеля истории?

Впрочем, во второй половине 19-го века судьба представителей рода многочисленного Кропоткиных складывалась по разному. Один из них даже работал бухгалтером в рязанской гимназии. Мировую известность получил Петр Кропоткин – талантливый ученый и теоретик анархизма. Николай Дмитриевич Кропоткин, бесспорно, был полной противоположностью своему дальнему родственнику.

 Когда Николай Дмитриевич стал владельцем Сигулды ему было меньше 25 лет, но он был уже известен деловой хваткой и широким кругозором. В имении стал разводить породистых коров и лошадей, приобретал новейшую сельхозтехнику.

Николай Дмитриевич вообще очень увлекался техникой – был президентом Балтийского автомобильного и аэроклуба. В клубе занимался и автомобилями и самолетами – был членом комиссии по испытаниям пилотов и аэропланов. Случалось ему и возглавлять команду Балтийского автомобильного и аэроклуба на международных автогонках.

Способный человек делал блестящую карьеру – в 38 лет он - вице-губернатор Курляндии, в 40 -лет вице-губернатор Лифляндской губернии и церемонимейстер императорского двора. 

Николай Дмитриевич способствовал не только развитию техники и сельского хозяйства в Прибалтике, он развивал и туризм. Еще его родители добились того, что через Сигулду прошла железная дорога, появился вокзал. В имении князей Кропоткиных была построена гостиница в швейцарском стиле. Именно эта семья создала бренд «лифляндская Швейцария». Сигулда из глухой провинции превратилась в цивилизованный туристический городок. Кропоткин продавал участки под дачи и хутора крестьян, в 1909 году в Сигулде жило уже около тысячи человек, а летом, в дачный период, – три тысячи. По-сути, князя Кропоткина можно назвать основателем города Сигулды (конечно, формально, Сигулда получила права города лишь в 20-е годы прошлого века).

Вот как описывал паломничество в Сигулду изданный около ста лет назад рижским интеллигентом Петром Руцким путеводитель по Риге и ее окрестностям. В книге говорилось, что в Зегевольд можно добраться на поезде, на лодке, с ним есть автомобильное сообщение, а весной туристы из Риги ездят в «латвийскую Швейцарию» на велосипедах...

Итак, Сигулда стала городом и туристическим центром. Прямо у вокзала туристов ждали извозчики, здесь можно было остановиться в гостинице, погулять по уютным тропинкам, полюбоваться развалинами замка крестоносцев, красивыми холмами, пещерами и быстрой Гауей... О Сигулде стало известно даже в Москве и Санкт-Петербурге. Сюда приезжали известные российские писатели Федор Сологуб, Леонид Андреев, Валерий Брюсов, уже после Первой мировой войны здесь некотрое время жил знаменитый латышский фольклорист Кришьянис Барон.

Позаботился князь Кропоткин и о себе – построил виллу, которую современники окрестили «новым замком».

Пожалуй, самое необычное из его творений – ледяная санная трасса, длиной в сотни метров. Она стала своего рода предшественницей нынешней знаменитой санной трассы, где проходят международные соревнования, выступали латвийцы – чемпионы и призеры Олимпийских игр.

История бывает безжалостна. После революции князь Николай Кропоткин отправился в эмиграцию, жил во Францию. За границей и умер. Его имение во время аграрной реформы было национализировано Латвийской Республикой, по-сути, создатель Сигулды остался ни с чем.

Десять лет назад автор этих строк брал как журналист интервью у мэра Сигулды. Мы вышли на балкон, глазам открылся прекрасный вид: горы, Гауя. Мэр пошутил: такого балкона в Латвии нет даже у президента. Уточню: кабинет мэра находился в построенном некогда князем Кропоткиным «новом замке»...