Авторы

Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Василий Барановский
Вера Бартошевская
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Герич (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Оксана Дементьева
Надежда Дёмина
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ария Карпова
Ирина Карклиня-Гофт
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Татьяна Колосова
Андрей Колесников (Россия)
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Натан Левин (Россия)
Димитрий Левицкий (США)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Николай Никулин
Тамара Никифорова
Сергей Николаев
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Константин Обозный
Григорий Островский
Ина Ошкая
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
Анастасия Преображенская
А. Преображенская, А. Одинцова
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Георг Стражнов
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин
Фёдор Эрн

Уникальная фотография

Похороны архиепископа Иоанна Поммера 21 октября 1934 года

Похороны архиепископа Иоанна Поммера 21 октября 1934 года

Несостоявшийся протекторат

Николай Кабанов

Вести Сегодня, 11.09.2013

 

Как Литву сдавали Гитлеру

Вскоре в Москве фонд «Историческая память» презентует подготовленное Александром Дюковым архивное исследование «Протекторат „Литва“. Тайное сотрудничество с нацистами и нереализованный сценарий утраты литовской независимости, 1939–1940 гг.»

Поспешная операция июня 1940–го

Впервые публикуемое — из Особого архива Литвы. Хотя хулители «Исторической памяти» именуют данный фонд «прокремлевским», А. Дюков сообщает, что архив ФСБ РФ отказал в выдаче дел бывших литовских правителей, ссылаясь на необходимость… согласия родственников. Зато в Вильнюсе москвичи поработали на совесть. 264–страничная книга позволяет заглянуть за кулисы литовской внешней политики, узнать о тайных прогерманских планах и неформальном зондаже германского протектората, секретном сотрудничестве литовских и нацистских спецслужб в борьбе против польского движения сопротивления и мотивах решений Москвы.

Почему именно Германия была выбрана «патроном» Литвы? Во–первых, протяженная граница — как с Восточной Пруссией, так и с оккупированной Польшей. Во–вторых, уже был опыт — 11 июля 1918 года Тариба (Совет) провозгласила Литовское Королевство с немецким принцем Вильгельмом фон Урахом на престоле. Только поражение Берлина в I Мировой сорвало этот план.

СССР вел себя скромнее. А. Дюков отмечает: «Усиление влияния какой–либо крупной державы в странах Прибалтики вызывало в Кремле нешуточное беспокойство. Однако каких–либо долгосрочных многоходовых планов по защите своих интересов в Прибалтике у советского руководства не было; прибалтийская политика Кремля носила ситуативный характер. Начиная с 1933 г., советское руководство настойчиво добивалась нейтралитета Прибалтики, причем нейтралитета, надежно гарантированного соседними странами».

По мнению московского историка Н. Лебедевой (считается наиболее «пробалтийской»), решение о присоединении Прибалтики было принято в Кремле не ранее двадцатых чисел мая 1940 г. А еще 23 мая Политбюро ЦК ВКП (б) приняло решение об эвакуации в Литву литовского населения пограничных с Литвой районов Белоруссии. Как замечает Н. Лебедева, подобный акт был бы бессмысленным, если бы к этому времени уже приступили к реализации плана инкорпорации! Как замечает эстонский историк М. Ильмярв, это была наспех, плохо подготовленная военная операция — до той степени, что части, передислоцированные из Ленинградского и Архангельского военных округов, вступали в июне в прибалтийские государства в… зимней форме.

А. Дюков еще раз опровергает «придворный» имидж, пришитый ему в Риге и Таллине: «Великодержавные стереотипы заставляют многих исследователей рассматривать прибалтийские страны как объект, а не субъект международных отношений, как исключительно страдательную сторону. Однако подобный подход совершенно явно искажает исследовательскую перспективу и затрудняет понимание сути происходивших событий».

Обоюдное проникновение

А далее — факты противоборства спецслужб. Александр Славинас (возглавлял отделение контрразведывательного отдела республиканского НКВД–НКГБ, в 1945 г. — Берлинскую опергруппу НКГБ Литовской ССР, занимавшуюся поиском нацистских преступников) опубликовал в Израиле воспоминания «Гибель Помпеи». Он пишет, что Лубянка имела своего агента в руководстве Департамента госбезопасности МВД Литвы. Характеристика агента, данная Славинасом: «Псевдоним „Лаверак“. Настоящая фамилия Пятрас Витульскис: долгие годы был начальником криминальной полиции Литвы. Имел доступ к материалам госбезопасности Литвы. Был в приятельских отношениях с директором этого департамента Повилайтисом». Резидент НКВД в Литве С. А. Родителев (Роман) в рассекреченных Службой внешней разведки России документах также упоминает о высокопоставленном агенте К–3.

Но литовцы тоже «забивали» чекистам. Общее число агентуры департамента в составе коммунистической партии Литвы составляло около 200, в том числе особо ценный — Стасе Тракимайте, жена второго человека в компартии, секретаря ЦК КПЛ Каролиса Сприндиса. Эта женщина с 1937 г. передавала литовской контрразведке информацию о конспиративных квартирах, директивы и инструкции Коминтерна, фотокопии внутренних документов ЦК и нелегальную литературу. Тракимайте была арестована еще в конце июня 1940 г.

Застолье с палачами

Осознавая советский тренд, Каунас «подстилал соломку». В 1975 году финский историк Сеппо Мюллюниеми писал: «Выглядит вполне правдоподобно, что президент Сметона уже в феврале 1940 г. добивался положения наподобие Словакии в сфере влияния Германии». Вышедшие в 2013 году в Москве документы подтверждают это более чем наглядно.

4 февраля 1941 года арестованный чекистами начальник Департамента госбезопасности Литвы Аугустинас Повилайтис дал собственноручные показания о поездке в Германию в феврале 40–го. Там он встречался с начальником I (административного) управления Имперской службы безопасности РСХА Вернером Карлом Рудольфом Бестом, впоследствии рейхскомиссаром Дании, обергруппенфюрером СС, осужденным как военный преступник.

«Д–р Бест упомянул, что вопрос протектората может решиться уже в этом году, самое позднее к 1 сентября… Д–р Бест упомянул, что если какой–нибудь ее сосед нападет на Литву и попытается ее аннексировать, то Литва обязательно должна оказать вооруженное сопротивление. Здесь он, несомненно, имел в виду Советский Союз».

Разумеется, глава спецслужбы занимался «дипломатией» не по собственной инициативе. Операция была спланирована на самом верху в Каунасе, тогдашней столице. Министр внутренних дел Скучас в сентябре 1940 года на допросе заявил: «Мы полагали, что в случае победы Германии в войне с Францией и Англией неизбежно в последующем ее столкновение с Советским Союзом». В этой связи Повилайтису был дан ряд вполне конкретных заданий, среди которых: «Выяснить, намерена ли Германия предпринять какие–либо меры против СССР в случае оккупации Советским Союзом Литвы».

Диктатор Литвы Антанас Сметона, так же как и премьер Антанас Меркис и шеф МИДа Юозас Урбшис, были осведомлены о германском вояже Повилайтиса, причем возлагали особые надежды на встречу последнего с рейхсфюрером СС Гиммлером. Она, увы, не состоялась. Но тем не менее с литовских гостей взяли обязательства «систематически передавать в гестапо сведения о советских гарнизонах в Литве и обмениваться сведениями вообще о Красной армии». Данный трансфер информации был утвержден руководством Литвы.

Характерно, что в качестве «куратора» Литвы был утвержден палач Польши — начальник эйнзатцкоманды 1 Хейнц Грефе. Далее он — руководитель спецопераций на территории СССР в рамках «Предприятия Цепеллин», в том числе разработчик покушения на Сталина. В 1944 году Грефе, по официальным данным, погиб в автокатастрофе в Баварии. Но до этого еще неоднократно гостил в «независимой» Литве…

Шеф МВД Казис Скучас поведал на допросе: «Как Повилайтис мне докладывал — Грефе ему заявил, что увеличение советских гарнизонов в Литве направлено в первую очередь против Германии. Грефе указал Повилайтису, что в случае, если Советским Союзом будет нарушен суверенитет Литвы, то литовское правительство должно будет выступить против этого с протестом и показать, что действия Советского Союза идут в разрез с интересами Литвы».

Это удалось лишь частично, официальный публичный протест против действий СССР литовским правительством сделан не был. Однако в протоколе заседания правительства от 15 июня 1940 г. имеется пункт о том, что действия СССР «нарушают советско–литовский договор 1939 г.» Такой формулировки не было ни в Латвии, ни в Эстонии, что подтверждает особый характер отношений Литвы и Германии.

В последнюю и бежал Антанас Сметона со свитой и чемоданчиком денег из Банка Литвы. Он стал единственным балтийским диктатором, своевременно унесшим ноги и дожившим до старости за океаном. Впрочем, такова была судьба и хорватского «поглавника» Анте Павелича, которому удалось во время Второй мировой выторговать у Гитлера Независимое хорватское государство. Цена за это была заплачена кровавая — массовый геноцид, участие двух дивизий на Восточном фронте, послевоенные репрессии. Все это ожидало бы и Protektorat Litauen.