Авторы

Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Вера Бартошевская
Василий Барановский
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Юрий Голубев
Борис Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Надежда Дёмина
Оксана Дементьева
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Андрей Колесников (Россия)
Татьяна Колосова
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Димитрий Левицкий (США)
Натан Левин (Россия)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Сергей Николаев
Тамара Никифорова
Николай Никулин
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Григорий Островский
Ина Ошкая
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
А. Преображенская, А. Одинцова
Анастасия Преображенская
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин

Уникальная фотография

Учащиеся 18-й средней школы

Учащиеся 18-й средней школы

Моя поездка в Котлас

Людмила Флам (США)

Дорогие друзья!

Вернувшись из поездки в Россию, хочу поделиться с вами некоторыми впечатлениями. Их было много, всего не охватить, особенно впечатлений, связанных с поездкой в Котлас (Архангельская область), где погиб в 1941 году мой дедушка, правовед Петр Николаевич Якоби, арестованный и судимый в Риге за его общественную и юридическую деятельность, когда Латвия была насильно присоединена к СССР. Сейчас, более 70-ти лет спустя, мне удалось поставить ему в Котласе памятник.

Вид памятника П.Н. Якоби на мемориальном участке кладбища на Макарихе в Котласе.

За ним – безымянные общие могилы нескольких волн жертв сталинского террора – раскулаченных, депортированных, приговоренных к «исправительно-трудовым» лагерям. Над ними вырос целый сосновый лес. (Песок вдоль дорожки покроется травой.) 

Пребывание в Москве тоже было связано с судьбой дедушки: там в издательстве «Русский путь» вышла моя книга воспоминаний «Правовед П.Н. Якоби и его семья». Презентация книги состоялась 5 июня в Доме русского зарубежья им. Александра Солженицына. Этому сопутствовала и прекрасно представленная выставка фотографий, публикаций и других экспонатов, связанных с жизнью деда и других членов его семьи. Подробнее об этом можно узнать, посмотрев на сайт Дома зарубежья (bfrz.ru) за 5 июня этого года. Одновременно я смогла передать в Дом зарубежья от имени нашего комитета «Книги для России» ряд документов для их архива, несколько экземпляров редких книг и другие материалы. Директор Дома, Виктор Александрович Москвин, в личных беседах и выступая перед публикой, оценил 17-летнюю деятельность нашего Комитета в США, внесшего существенный вклад в формирование фондов ДЗ. Он просил передать привет и благодарность всем членам Комитета и друзьям Дома Зарубежья, выразив надежду, что мы и впредь будем пополнять их собрания. Такие материалы будут и далее востребованы, тем более, что уже разработаны планы дальнейшего крупного расширения площади Дома и создания в нем музея российской диаспоры.

Стараниями В.А. Москвина, которому удалось получить тюремное дело моего деда и которому принадлежала идея устройства выставки и поездки в Котлас, а также его ближайших сотрудников, Татьяны Александровны Корольковой и Инны Евгеньевны Розановой, всё было организовано на самом высоком уровне. Неожиданностью для меня оказались материалы, добытые Розановой из Академии наук о жизни моего прапрадеда, известного физика-изобретателя Бориса Семеновича Якоби. Особенно порадовало, что сохранились документы, связанные с возведением его Александром II в потомственное дворянство, о чем информация, основанная на советских источниках, естественно, умалчивает.

В Котлас, где закончилась жизнь его внука, а моего деда, меня сопровождала ученый секретарь ДЗ Мария Анатольевна Васильева (см. ее описание поездки на сайте bfrz.ru за 11 июня). Затем к нам присоединился главный библиограф Дома, он же бард с неизменной гитарой, Виктор Леонидов. Оба оказались чудесными спутниками, трогательно меня опекавшими. В их обществе поездка прошла исключительно дружно и ладно. К этому надо добавить подготовительную работу, проделанную замечательной жительницей Котласа, Ириной Андреевной Дубровиной, председателем Котласского историко-просветительного движения «Совесть». Связь с ней была налажена из Москвы. Она, в свою очередь, связала меня с художницей Татьяной Александровной Гумашвили, прекрасно выполнившей памятник деду. К моему приезду памятник был уже установлен.

Первое впечатление от Котласа напомнило мне Советский Союз 70-х годов прошлого столетия: неизменная статуя Ленина, советские названия улиц, выщербленные тротуары, безразличное обслуживание в гостинице (кстати, она и называется «Советская»), непроходимые лужи и ограниченные возможности посидеть белой ночью в каком-нибудь уютном заведении. Зато всё скрасили встречи с людьми.

После 20-часовой езды по железной дороге из Москвы, не успел поезд остановиться в Котласе, как нас тут же, у вагона, встретило с цветами Преображенское православное братство города Вельск почти в полном его составе. Была среди встречавших, и упомянутая ранее, распорядившаяся всем Т.А. Дубровина.

Некоторые из членов братства, оказывается, читали мою книгу о Вики Оболенской, казненной на гильотине за участие во французском Сопротивлении против немецкой оккупации, а также были знакомы и с книгой «Судьбы поколения 1920-1930-х годов в эмиграции». Это, видимо, и явилось причиной их интереса ко мне, моей жизни и семье, о чем они просили меня рассказать при нашей трехчасовой встрече, продолженной в гостинице. Но главной темой было другое – вопросы веры и нравственного воспитания молодого поколения. Не знаю, что они могли извлечь из нашего собеседования, но я вынесла от встречи с этими людьми ощущение чего-то очень светлого и чистого. А литература, которую они мне оставили на память – орган Преображенского содружества малых православных братств газета «Кифа» и отдельные брошюры, свидетельствуют о серьезном поиске путей духовного возрождения после постигшей Россию катастрофы ХХ века. И еще меня тронуло, что приехав издалека всего на один, и то неполный, день в Котлас, они сочли своим долгом побывать на кладбище у памятника моему деду, поставить там свечку и помолиться.

Следующий день – Троица. С утра, в сопровождении Ирины Андреевны, мы отправились по ухабистым дорогам в старинный город Сольвычегодск. Через реку Вычегду переправились на видавшем виды пароме. Судя по всему, когда-то этот небольшой город, с его 16-ю церквами, был сказочно красив. Но после учиненного революцией разгрома церквей, в городе осталось всего три храма, в том числе старинный Введенский собор, куда мы попали к обедне. Но и эти три храма нуждаются в серьезных реставрационных работах. Больно смотреть и больно сознавать, каких трудов и средств требуется на то, чтобы хоть частично восстановить бессмысленно и грубо порушенные прекрасные создания русских зодчих и иконописцев.

И не только церкви... Здесь раньше стояли красивые, крепкие дома, принадлежавшие купечеству, склады, лавки... С конца ХV века тут, у Соляного озера, стали добывать и вываривать соль. Вышедшие из крестьян купцы Строгановы, которые впоследствии породнились с титулованной российской знатью, на добыче соли и торговле нажили огромное состояние и прекрасно отстроили город силами местных умельцев-ремесленников и приглашенных мастеров. Сегодня в Сольвычегодске трудно найти простую лавочку, а фасады уцелевших каменных строений вопиют о штукатурке.

Но вот радость: мы пьем чай у тамошнего горожанина, мастера по изготовлению печей Анатолия Михайловича Сабурова. Он своими руками построил себе дом, а возле, на «ничьей земле», устроил приветливое место для игр городских ребят с качелями и другим оборудованием. А вот еще: получив в наследство второй дом с земельным участком, он решил не оставлять его себе («мне одного достаточно»), а отдать самой многодетной семье Сольвычегодска. Ею оказалась семья священника, у которого семеро детей. На него Сабуров и оформил эту недвижимость. Ну а как состоялось его знакомство с Ириной Андреевной? Роя яму для фундамента своего дома, Сабуров обнаружил 13 скелетов без следов одежды и обуви или применения оружия. Обратился к Ирине Андреевне, зная, что та собирает сведения о жертвах репрессий. Экпертиза установила возраст захоронения – не менее 70 лет. По всей вероятности, то были останки погибших в 1930-х годах раскулаченных, которых тысячами гнали на север. Тот же Сабуров и позаботился, вместе Ириной Андреевной, о перезахоронении костей..

Удивительное чувство осталось от этого посещения, где нас поили чаем с домашним вареньем и козьим молоком своего удоя, а крошечная бабушка-сибирячка в платочке, прощаясь со мной и Машей Василевой, напутствовала: «с Богом, ягодки»!

Памятник дедушкин освящался на следующий день. Там, в присутствии мэра города и других лиц, местный священник отслужил литию. Перед этим Ирина Андреевна провела нас по кладбищу. То были необозначенные бугры общих могил, из которых растут высокие сосны -- так покоятся там безымянные кости раскулаченных и репрессированных, которых, с детьми и стариками, доставляли на голод, холод, болезни и съедение комаров в эти печальные края. Мемориальный участок, созданный усилиями Ирины Андреевны Дубровиной -- маленький островок этого кладбища. Здесь уже установлено несколько других памятников, в том числе погибшим полякам, которых депортировали в Котлас после того, как Гитлер и Сталин поделили свои «сферы влияния». А поддерживают мемориальный участок и убирают его местные школьники.

Эту школу мы посетили. Там, стараниями учительницы Милитины Владимировны Клапиюк, которая была на освящении памятника, создан небольшой музей истории Котласа, от основания до сегодняшних дней, включая страшный советский период, когда сюда шли эшелоны раскулаченных, репрессированных, депортированных. Ее ученики не раз занимали на конкурсе Мемориала в Москве почетные места, а в этом году их работа заняла второе место во Всероссийском историческом конкурсе школьных работ. В созданный ею музей поступит и привезенная нами из Москвы выставка, посвященная деду и его семье. На примере одного человека, горячего патриота России, преданного идее правосудия, дети смогут узнать о том, как бессмысленно и коварно попирались сами основы законности.

Во вторник 10 июня состоялась встреча с администрацией города и общественностью Котласа в библиотеке, где экспонировалась выставка о семье Якоби и состоялась передача книг, привезенных нами в дар библиотеке от Дома русского зарубежья. О деятельности Дома рассказала ее сотрудник Мария Васильева. Среди привезенных книг было и несколько экземпляров только что вышедшей из печати моей книги «Правовед П.Н. Якоби и его семья». Своими личными воспоминаниями о нем я поделилась с собравшейся публикой. Встреча закончилась концертом Виктора Леонидова, исполнившим свои собственные песни. Как всегда, его выступление с первых же нот, расположило к себе собравшихся. И потом люди еще долго не расходились, рассматривали книги, задавали вопросы, благодарили за приезд, за дары библиотеке... Как дорого это было слышать!

Оставался еще один, последний день. С утра-- поездка на кладбище «Заовражье», к которому примыкало не существующее более Болтинское кладбище, куда и было положено (или сброшено) тело моего деда. Это кладбище, по свидетельству Дубровиной, в районе станции Заовражья, неимоверно разросшееся при постройке железнодорожного моста в 1940-х годах, позже было уничтожено, «как улика преступления (25 тысяч погибших!)». В этом районе проложены автомобильный мост и ведущая к нему дорога на Великий Устюг. Когда по бывшему месту захоронений прошелся бульдозер, на поверхности появились выброшенные вместе с грунтом человеческие черепа и кости. Это было в 2005 году. Ирина Андреевна, жители той улицы и ученики той же школы №17 собирали их своими руками, уложили в пять гробов и похоронили по православному обряду. Скольким людям принадлежат эти разрозненные останки установить не было возможности («имена их, Господи, Ты веси»). А горожане? Надо понимать, что среди нынешних жителей Котласа и его округи немало потомков тех, кто работал при лагерях начальством, стражей, надсмотрщиками. Кому приятно это вспоминать?

Но память о жертвах 1941-1943 гг., брошенных на стратегически важное сооружения железнодорожного моста и там сложивших свои жизни, окончательно не стерта: После изучения рассекреченных материалов о строительстве моста через Двину в сороковые годы, произведенного Ириной Андреевной Дубровиной, были собраны средства на впечатляющий черный мраморный памятник на кладбище вблизи Заовражья. Выполненный той же художницей, Татьяной Гумашвили, что и памятник Якоби, он был установлен в 2006 году. Вокруг памятника и далее – вы ходите по костям.

Памятник узникам, погибшим при сооружении моста через Двину 1941-1943 гг. 

Посетив кладбище, мы съездили в Великий Устюг, город не менее старинный, чем Сольвычегодск. Сердце и там болело за поруганные церкви, за трудно восстановимые замечательные памятники русского зодчества. Но сам город производит впечатление выздоравливающего человека; в нем ощущается жизнь и принадлежность к внешнему миру, не даром Устюг связан с ним воздушным сообщением!

Переполненные до краев впечатлениями, мы вернулись в Котлас и распрощались с Ириной Андреевной, ставшей нам почти родным человеком. Ей мы благодарны за всё, чем она с нами поделилась и за всё, то что она сделала для памяти погибших. 

Снова 20 часов езды в поезде. Белые ночи позволяют долго смотреть в окно: леса, леса, редкие города и поселки. Тут и там деревянные домишки, вокруг которых разведен огород, но признаков настоящего сельского хозяйства не видать. Через несколько дней я полечу над Германией. Там с воздуха видно, как возделывается каждый клочок земли. Гитлер, как и Сталин, делал ставку на тяжелую, особенно военную промышленность, но при этом не уничтожил сельского хозяйства своей страны. Бредовая идея насильственной коллективизации по сей день дорого обходится России.

А что из большевистского наследия не обходится дорого? Положение в Украине, о котором я много наслышалась в Москве, разве не прямой результат политики искусственного создания «автономных» республик? А сегодняшняя русофобия, разве не реакция на репрессии и подавление свобод в подпавших под Советский Союз государств?

В этот раз, побывав далеко от Москвы, я испытала особенно сильное чувство горечи за искусственно нарушенное октябрьским переворотом естественное развитие российской истории. Но остались от многих встреч и светлые воспоминания, дающие надежду на дальнейший процесс оздоровления страны.

 

Людмила Оболенская-Флам

Мэриленд, июнь 2014