Авторы

Виктор Абакшин
Юрий Абызов
Виктор Авотиньш
Юрий Алексеев
Юлия Александрова
Мая Алтементе
Татьяна Амосова
Татьяна Андрианова
Анна Аркатова, Валерий Блюменкранц
П.Архипов
Татьяна Аршавская
Михаил Афремович
Василий Барановский
Вера Бартошевская
Всеволод Биркенфельд
Марина Блументаль
Валерий Блюменкранц
Александр Богданов
Надежда Бойко (Россия)
Катерина Борщова
Мария Булгакова
Янис Ванагс
Игорь Ватолин
Тамара Величковская
Тамара Вересова (Россия)
Светлана Видякина
Светлана Видякина, Леонид Ленц
Винтра Вилцане
Татьяна Власова
Владимир Волков
Валерий Вольт
Константин Гайворонский
Гарри Гайлит
Константин Гайворонский, Павел Кириллов
Ефим Гаммер (Израиль)
Александр Гапоненко
Анжела Гаспарян
Алла Гдалина
Елена Гедьюне
Александр Генис (США)
Андрей Герич (США)
Андрей Германис
Александр Гильман
Андрей Голиков
Борис Голубев
Юрий Голубев
Антон Городницкий
Виктор Грецов
Виктор Грибков-Майский (Россия)
Генрих Гроссен (Швейцария)
Анна Груздева
Борис Грундульс
Александр Гурин
Виктор Гущин
Владимир Дедков
Надежда Дёмина
Оксана Дементьева
Таисия Джолли (США)
Илья Дименштейн
Роальд Добровенский
Оксана Донич
Ольга Дорофеева
Ирина Евсикова (США)
Евгения Жиглевич (США)
Людмила Жилвинская
Юрий Жолкевич
Ксения Загоровская
Александр Загоровский
Евгения Зайцева
Игорь Закке
Татьяна Зандерсон
Борис Инфантьев
Владимир Иванов
Александр Ивановский
Алексей Ивлев
Надежда Ильянок
Алексей Ионов (США)
Николай Кабанов
Константин Казаков
Имант Калниньш
Ирина Карклиня-Гофт
Ария Карпова
Валерий Карпушкин
Людмила Кёлер (США)
Тина Кемпеле
Евгений Климов (Канада)
Светлана Ковальчук
Юлия Козлова
Андрей Колесников (Россия)
Татьяна Колосова
Марина Костенецкая
Марина Костенецкая, Георг Стражнов
Нина Лапидус
Расма Лаце
Наталья Лебедева
Димитрий Левицкий (США)
Натан Левин (Россия)
Ираида Легкая (США)
Фантин Лоюк
Сергей Мазур
Александр Малнач
Дмитрий Март
Рута Марьяш
Рута Марьяш, Эдуард Айварс
Игорь Мейден
Агнесе Мейре
Маргарита Миллер
Владимир Мирский
Мирослав Митрофанов
Марина Михайлец
Денис Mицкевич (США)
Кирилл Мункевич
Тамара Никифорова
Николай Никулин
Сергей Николаев
Виктор Новиков
Людмила Нукневич
Григорий Островский
Ина Ошкая
Ина Ошкая, Элина Чуянова
Татьяна Павеле
Ольга Павук
Вера Панченко
Наталия Пассит (Литва)
Олег Пелевин
Галина Петрова-Матиса
Валентина Петрова, Валерий Потапов
Гунар Пиесис
Пётр Пильский
Виктор Подлубный
Ростислав Полчанинов (США)
Анастасия Преображенская
А. Преображенская, А. Одинцова
Людмила Прибыльская
Борис Равдин
Анатолий Ракитянский
Глеб Рар (ФРГ)
Владимир Решетов
Анжела Ржищева
Валерий Ройтман
Ксения Рудзите, Инна Перконе
Ирина Сабурова (ФРГ)
Елена Савина (Покровская)
Кристина Садовская
Маргарита Салтупе
Валерий Самохвалов
Сергей Сахаров
Наталья Севидова
Андрей Седых (США)
Валерий Сергеев (Россия)
Сергей Сидяков
Наталия Синайская (Бельгия)
Валентина Синкевич (США)
Елена Слюсарева
Григорий Смирин
Кирилл Соклаков
Георг Стражнов, Ирина Погребицкая
Георг Стражнов
Александр Стрижёв (Россия)
Татьяна Сута
Георгий Тайлов
Никанор Трубецкой
Альфред Тульчинский (США)
Лидия Тынянова
Сергей Тыщенко
Павел Тюрин
Нил Ушаков
Татьяна Фейгмане
Надежда Фелдман-Кравченок
Людмила Флам (США)
Лазарь Флейшман (США)
Елена Францман
Владимир Френкель (Израиль)
Светлана Хаенко
Инна Харланова
Георгий Целмс (Россия)
Сергей Цоя
Ирина Чайковская
А.Чертков
Евграф Чешихин
Сергей Чухин
Элина Чуянова
Андрей Шаврей
Николай Шалин
Владимир Шестаков
Валдемар Эйхенбаум
Абик Элкин

Уникальная фотография

Вечерняя школа для рабочих в Мюльграбене

Вечерняя школа для рабочих в Мюльграбене

Хранитель святыни

Оксана Дементьева

 

19 октября 2015 года духовник братии Тихвинского Богородичного Успенского мужского монастыря многолетний хранитель Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы митрофорный протоиерей Сергий Гарклавс почил в городе Чикаго (США) в возрасте 87 лет. В память о батюшке публикуем это интервью, которое он дал в Риге в 2004 году накануне передачи Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы Тихвинскому Богородичному Успенскому монастырю.

 

…В истории чудотворной Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы долгое время оставались «белые пятна» - были неизвестны подробности периода II Мировой войны, когда икона покинула Ригу и очутилась в США. Нам удалось пообщаться с человеком, который долгие годы был хранителем чудотворного образа - протоиереем Американской автокефальной православной церкви Сергием Гарклавсом, который рассказал о спасении чудотворной иконы и её дальнейшем пребывании в США.

Пророческое приглашение 

- Я вырос в Латвии, в городе Виндаве (Вентспилсе), - рассказывает о. Сергий, - мои родители посещали православный храм, я тоже любил бывать на службах. Наш приход окормлял о. Иоанн (Гарклавс) - тогда он был настоятелем храма в Дундаге, служил также в Виндаве, Талси, Тукумсе и других городах. Позже стал викарием Экзархата епископом Рижским.

Когда мне исполнилось 13 лет, он спросил моих родителей, согласны ли они, чтобы я прислуживал ему на богослужениях. Конечно же, родители с радостью согласились. В 1943 году я приехал в Ригу поступать в гимназию. У владыки была квартира на улице Меркеля, и он приютил меня, отдав одну из комнат. Я прислуживал как иподьякон ему, а также и Экзарху Прибалтики Митрополиту Сергию (Воскресенскому), а еще был чтецом в Преображенской церкви, что на Саркандаугаве. 

На весну и лето мы перехали в Озолкалнс, в старый дом, где когда-то была резиденция святого священномученника Иоанна Рижского (Поммера). Владыка был человеком гостеприимным, к нам приходили самые разные люди. Частенько бывал один старый католический священник, интересовался Православием. Владыка знал немецкий, ему нравилось практиковаться в языке, так они разговаривали часами... Как-то наш гость сказал, что хорошо бы владыке после войны приехать в его родные края, в Судетию. Владыка поблагодарил, конечно. Никто из нас не знал тогда, что очень скоро придется принять это приглашение. 

Псковская миссия 

Чудотворная икона Тихвинской Божией Матери была вывезена гитлеровцами из Тихвинской обители в ноябре 1941 года. В 1942 году святыню переправили в Псков, куда свозились ценности из Новгорода и пригородов Ленинграда. По решению немецких властей чудотворную икону поместили в оружейную комнату военно-полевой комендатуры, где она некоторое время хранилась в совершенно неподобающих условиях. 

Пытаясь получить поддержку у местного населения, гитлеровцы сквозь пальцы смотрели на создание в оккупированном Пскове Псковской Духовной миссии, деятельность которой благословил Экзарх Прибалтики Митрополит Сергий (Воскресенский). Латвийских священников направлял в Псков непосредственно епископ Иоанн (Гарклавс). Лояльность немецкого командования простиралась настолько далеко, что по воскресным дням священникам разрешалось брать Тихвинскую икону для богослужений в псковском Свято-Троицком кафедральном соборе. Однако вечером они были обязаны вернуть образ в комендатуру.

Наступил 1944 год. Советские войска теснили гитлеровскую армию, появились первые беженцы, немцы начали постепенную эвакуацию похищенных ценностей в Ригу для последующей транспортировки на территорию рейха. Отец Сергий не берется утверждать наверняка, но как будто икону доставили в Ригу именно священники Псковской миссии в сопровождении немецких солдат... Случилось это 4 марта 1944 года.

- И духовенство, и прихожане встретили святыню с огромной духовной радостью, - вспоминает о. Сергий, - владыка Иоанн тогда при множестве народа воскликнул: "Да откуда мне сие, что прииде Матерь Господа моего ко мне?" Отслужили молебен, и до сентября 1944 года икона оставалась в рижском Христорождественском соборе. 

Отъезд в Либаву 

Как-то вечером, в конце сентября, владыка приехал со службы в Озолкалнс и сообщил своему иподьякону: "Сергий, немецкое командование дало мне предписание утром покинуть Ригу".

- Он спросил, чего хочу я, поехать с ним или остаться в столице, - рассказывает о. Сергий. - Время было неспокойное, уже начинались бомбежки, и я решил поехать с владыкой и его матерью в Либаву (Лиепаю). Владыка все утешал меня, ничего, мол, вот все успокоится, вернешься к родителям. Не случилось...

Наутро нас привезли из Озолкалнса в Ригу. Там уже ждал автобус, битком набитый людьми, - то были лютеранский епископ Гринберг и кардинал католической церкви Ранцан, рижская знать. Мы шли за автобусом пешком. Дорога на Либаву была запружена - отступали немецкие солдаты, шли беженцы, ехали на подводах крестьяне. На полпути колонну атаковали советские истребители, были жертвы... 

Шли всю ночь, наутро прибыли в Либаву, расположились. Нас приютил старенький священник. Владыка тогда сказал: "Что ж, вот и мы с тобой на положении царя Давида". Библейский царь Давид, когда против него восстал его сын Авессалом, вынужден был бежать из своего царства и скитаться. Мы тоже стали беженцами.

- Вам удалось тогда взять с собой Тихвинскую икону?

- Нет. Перед отъездом владыка распорядился, чтобы икону из рижского Христорождественского собора перенесли в монастырь, что в Риге на улице Кр. Барона. В монастыре было более спокойно, чем в центре города, - один Бог знает, что могло бы случиться с иконой, останься она в соборе. Епископ поручил игумении Евгении (Постовской) хранить икону, чтобы когда все наладится, вернуть ее на родину. Это было мудрое решение. Еще в разгар I Мировой войны много церковной утвари было расхищено, и владыка не хотел такой же судьбы для иконы.

Встреча на пристани 

- Мы прожили в Либаве несколько дней, - продолжает о. Сергий, - как вдруг приходит человек с сообщением, что на пристани владыку ждет группа священников, а с ними икона. "Берите подводу, - говорит пришедший, - и езжайте забирать". Владыка удивился, конечно, но так и сделал.

Его ожидало рижское духовенство - о. Николай Виеглайс, о. Иоанн Легкий, о. Иоанн Бауманис с семьями, о. Николай Перехвальский и другие. Они рассказали, что произошло после нашего отъезда. Немецкие власти, прознав, что икона исчезла из собора, бросились в монастырь с требованием немедленно отдать ее на вывоз. Но матушка игумения сказала, что она не может отдать чудотворную икону в руки солдат. Тогда немцы поручили о. Иоанну Виеглайсу собрать духовенство для сопровождения иконы в Либаву. И приставили для охраны двух своих солдат. 

Однако сухопутный путь до Либавы был уже отрезан советскими войсками, и тогда священники решили плыть морем на рыбацкой лодке. Лодка была заполнена до отказа, они боялись, что не доплывут, что их захлестнут волны. Но чудесным образом добрались. И чудотворная с ними... Солдаты, выйдя из лодки, сказали: "Наша миссия исполнена" и передали икону на попечение владыки. Вот тогда на пристани о. Николай Виеглайс и сказал: "Видать, сама Божия Матерь вас, владыко, избрала ее святой образ сохранить." Владыка понял, что все случившееся - промысел Божий, и с того момента стал хранителем иконы. 

Бомбежка на море 

Через несколько дней из Лиепайского порта в сопровождении немецких эсминцев и крейсеров вышел пароход, на борту которого находилось 2 тысячи покидающих Латвию пассажиров. Среди них были епископ Иоанн (Гарклавс) с матерью, его 16-летний иподьякон Сергий, латвийские священники и их семьи. И Тихвинская икона Пресвятой Богородицы.

- Мы отчалили еще до рассвета и очень боялись советских подводных лодок. Они не появились, зато внезапно атаковали истребители. Я как раз стоял на палубе, с грустью смотря на удаляющиеся берега Латвии, когда самолеты, пролетев над нами, сбросили бомбы. Они упали - штук 15 слева и справа, взорвались, подняли фонтаны воды и пены. В это время сопровождающие военные суда начали стрельбу по самолетам. Уберегла нас Матерь Божия - пароход остался целым и невредимым, а ведь достаточно было всего одной бомбы... Возблагодарили Господа Бога и благополучно добрались до Польши в город Данциг (Гданьск).

Высадились. Пока суматоха, то да се, пока походную кухню организовали, чтоб нас покормить, пока котелки раздали, а тут бомбежка - на сей раз уже американцы. И снова жертвы... Потом товарный поезд повез нас вглубь Польши, в Лодзь. Владыка беспокоился о старушке-матери, а моей самой главной заботой оставалась икона. Из Лодзи переправились в Шнайдемюлле, а там уже появилась возможность самим определяться, куда ехать дальше. Владыка решил, что это будет Яблонец, что в Судетии, - тот самый город, куда его приглашал старый католический священник еще в Риге. 

Угроза сибирских лагерей

Состав, шедший в Судетию, был переполнен, только что на крыше людей не было. Молодому иподьякону Сергию пришлось всю ночь стоять на одной ноге. В Яблонце священники - группа была большая, человек 40 - нашли пустовавшую католическую церковь. Объяснились, что по приглашению. Староста разрешил проводить в церкви службы, но разместить людей не смог. Пришлось обосновываться в соседнем селе, что за 7 километров от Яблонца. 

- Оттуда мы ходили на службу, - вспоминает о. Сергий. - Прихожан было много - из Яблонца и окрестностей приходили вывезенные немцами из разных стран рабочие - греки, румыны, болгары, русские. Как-то под Рождество владыка пообещал, что мы привезем на богослужение чудотворную икону. Погрузили мы Тихвинскую на санки, да так по снегу и довезли. Вышли еще ночью - часа в два, пришли только под утро. Но как же рады, как счастливы были люди!

В мае 1945 года советские войска вошли в Чехословакию. Дом, где мы обосновались, находился у самой дороги, и проходившие советские солдаты и офицеры быстро обнаружили нас. Удивлялись, расспрашивали - откуда вы, как, да почему... Называли нас изменниками Родины за то, что убежали из Латвии. Мы отвечали, что нас вывезли насильно. Одни на это предлагали вернуться, другие советовали не торопиться. Владыка решил подождать с возвращением. А через полгода стало очевидно, что если мы решимся ехать домой, то попадем не в Ригу, а прямиком в Сибирь. Стали думать, как бы уехать в американскую зону Германии. Но один наш священник, о. Петр Кудринский, усомнился в правильности решения владыки и отправился домой. Потом уже мы узнали, что он так и не добрался - забрали в сибирские лагеря...

Благотворительная католическая организация "Каритас", занимающаяся отправкой репатриантов на родину, взялась помочь латвийским священникам.

- Мы добрались до Праги, - продолжает о. Сергий. - На перроне нам велели пересесть в товарный поезд, шедший в американскую зону. Но перрон был запружен поездами и кругом ходили советские патрули, которые бы нас непременно задержали. Пришлось пролезать под вагонами, протаскивая с собой икону... Уже в поезде получили предупреждение не открывать вагон, а если патруль заставит открыть, ни в коем случае не говорить по-русски - арестуют. 

В чешском городке Пилсене в 5 утра поезд остановился - проверка. Услышав русскую речь, мы затаились. "Сюда не пойдем, - раздалось снаружи, - этот вагон мы уже осматривали." Снова сохранила нас Матерь Божия - оказалось, это был последний советский патруль. Новый день встретили уже в американской зоне, в баварском Амберге.

В лагерях беженцев

На целый год задержались латвийские священники в транзитном пересылочном городке Амберге, после чего их определили в лагерь беженцев в Хербурге, пригороде Нюрнберга. Там они прожили до 1949 года. По некоторым данным, именно в лагерях беженцев владыка Иоанн служил с Тихвинской иконой подпольные службы.

- Это не так, - опровергает о. Сергий, - была возможность служить открыто. С иконой мы объехали все ближайшие лагеря - в Нюрнберге, Гоновере, Штутгарде, Калсруе. В каждом жило по несколько тысяч человек. Как-то после богослужения в одном из лагарей к Тихвинской иконе подошла немолодая русская женщина, угнанная немцами в Германию. Она слезно молила Богородицу вернуть ей сына, с которым ее разлучила война. И Богородица явила чудо - среди людей, стремящихся приложиться к иконе, женщина вдруг увидала своего сына...

Условия в лагере беженцев были весьма стесненными - в небольшой пятикомнатной квартире ютилось пять семейств. Но наши священники проявляли себя как истинные миссионеры. Так, о. Леонид Ладинский из Даугавпилса регулярно объезжал лагеря на велосипеде. Брал с собой походный чемоданчик, укладывал в него священные сосуды... Как в апостольские времена!

В 1949 году владыка Иоанн по приглашению Американской православной церкви стал собираться в Америку. Но тут встал непростой вопрос - как быть с иконой?

- Советы требовали через Американское правительство вернуть ее в СССР, - говорит о. Сергий. - Владыка вел обширную переписку, объяснял, что если икона попадет в руки большевикам, еще неизвестно, вернут ли ее церкви. Напоминал, что атеистические власти разграбляли и жгли храмы, конфисковывали церковную утварь. Чтобы спасти святыню и получить разрешение на ее вывоз, он вынужден был говорить, что икона якобы даже и не подлинник. 

Для этого нашелся предлог. Дело в том, что у Тихвинской было две ризы. Первая была изготовлена в 1714 году, а вторую, драгоценную, сделали в 1836 году из чистого золота. На ней было 4900 бриллиантов да еще другие драгоценные камни. На заре советской власти драгоценная риза пропала, по-видимому, была конфискована большевиками. Но сам образ они не взяли, оставили в Тихвинском монастыре, который рассчитывали превратить в музей. Но в монастыре сохранилась припрятанной первая риза - в нее-то монахи и облекли чудотворную... Так что в Псков, а потом и в Ригу, икона была доставлена как раз в своем первоначальном виде. 

Я думаю, что пропажа драгоценной ризы тоже была Божием провидением. С такой ценностью немцы не дали бы икону священникам псковской миссии, она не попала бы в рижский собор, а потом - для нас какой соблазн был бы! Господь все правильно устроил - главной ценностью был и остается сам образ.

Завещание владыки 

- В 1949 году мы отбыли в Америку, в Нью-Йорк, - вспоминает о. Сергий. - Когда пароход, шедший три недели, причалил у американского берега, каждый пассажир, в том числе, и я, получил по доллару. И все - ступайте, начинайте новую жизнь на новом месте...

В 1956 году владыка Иоанн уже в сане архиепископа возглавил Чикагско- Миннеапольскую епархию Американской православной автокефальной церкви. Службы поначалу вел на церковно-славянском языке, позже изучил английский, ведь его паству составляли, в основном, американцы. Архиепископ служил с Тихвинской иконой по всей Америке, побывал и в Канаде. Отец Сергий по исполнению 30 лет был рукоположен в священники, затем - протоиереи, в 1983 году стал настоятелем Свято-Троицкого собора, в котором прослужил 18 лет. 

В 1982 году владыка Иоанн почил. Умирая, он завещал отцу Сергию - а если того призовет Господь, тогда внуку, отцу Александру, нынешнему настоятелю Свято-Троицкого собора, - вернуть святыню в Тихвинский монастырь при условии, что в России не будет угрозы Православию, а сама обитель будет восстановлена. Оба условия хранителя святыни выполнены.

 Династия

- Мне посчастливилось жить в благословенной Господом семье, - тепло улыбается о. Сергий. - Владыка Иоанн, мой приемный отец, усыновил меня еще в Германии. И я принял это с огромной любовью и почтением. Со своей супругой, матушкой Александрой, я познакомился в Мюнхене. У нее тоже судьба исключительная. Ей было 16 лет, когда ее вывезли из России немцы. Она оказалась в Берлине. Там владыка Иоанн Шаховской - известный человек, это он потом делал передачи на радиостанции "Голос Америки" - крестил ее. В самом конце войны, под бомбежкой. Так ее крестная мать, сестра Ольга, говорила: "Шурочка, если бомба упадет сейчас, если что случится, ты не бойся. Это святой момент, потому что после крещения ты чиста еще, прямиком к Господу попадешь..."

Всю жизнь, а она была очень радостной, успешной, я чувствовал покровительство Божией Матери. Господь благословил нас 5 детьми, 11 внуками, вокруг всегда были милые, сердечные люди, и наше Православие было благожелательным и приветливым.

Я часто вспоминаю владыку Иоанна. Хочется, чтобы и вы почувствовали, каким он был. В самом начале войны, когда владыка был еще простым священником, он испросил разрешения у немецких властей провести службу для советских военнопленных в Виндаве. Этих несчастных содержали в тяжелых условиях, всякие передачи, даже хлеб, были запрещены. Тогда владыка попросил испечь для богослужения просфоры. Испекли две корзины, да не обыкновенных, а больших размеров.

Была очень трогательная служба. Пленные - кто крещеный, а кто, может, и нет - не скрывали слез... После службы - причастие. Владыка сказал, что исповедь сейчас будет общая, но каждый пусть сам вознесет свои молитвы и испросит у Господа прощения. И все, кто пожелает, пусть причащаются. После раздали просфоры. Какие глаза были у военнопленных - навсегда запомню...

Выполнить духовное завещание своего приемного отца - вернуть икону Тихвинской Пресвятой Богородицы в восстановленную Тихвинскую обитель - о. Сергий считает для себя наиважнейшим и первостепенным делом. В его большой счастливой семье останется список чудотворной иконы Тихвинской Пресвятой Богородицы. Это икону о. Сергий хранил и оберегал долгие годы. А Божия Матерь хранила и оберегала его самого...

P.S. Более 10 лет прошло с тех пор, как было написано это интервью. В 2004 году Тихвинская икона Пресвятой Богородицы была возвращена в Тихвинский Богородичный Успенчкий мужской монастырь. Недавно, 19 октября 2015 года, почил хранитель святыни протоиерей Сергий Гарклавс. И нет никаких сомнений, что батюшка предстоит сейчас перед Престолом Всевышнего, и ходатайствует за него Сама Пречистая Дева.

 

Рига, 2004 год.